Читаем Эскапизм (СИ) полностью

А у меня есть выбор?

- Конечно нет. Лесли и Бриттани тоже будут?

- Ну а как же. Они же твоя семья, Джереми.

Ну вот, мои двоюродные гадюки-сестрицы тоже будут там.

- Бэмб, пойдем, подберем наряды? Сегодня мы будем неотразимыми для наших мужчин. Я читала, что в этом сезоне модный бирюзовый цвет, - говорит Кэйт и уводит Бэмби с комнаты.

- Ладно, молодежь, собирайтесь. В полдень будьте готовы, а я пойду составлять меню к вечеринке. - говорит дядя, пожимая нам руки, и скрывается за дверью.

- Хоть сегодня есть повод бухнуть - друг стареет, а то в последнее время чувствую себя алкоголиком, отмечая каждый день, - говорит Ник, перекачиваясь на кровать.

- Ты хоть когда-нибудь бываешь трезв? - спрашивает Дэйв.

- Неа, не помню.

- А сейчас? - спрашиваю я.

- Ты что? Чтобы я с трезвой душой пришел на день рождения? Да ты шутник, парень. - говорит Ник и стягивает с меня одеяло.

- Эй, ворюга, что ты задумал? - поднимаю бровь я.

- БИТВА ПОДУШКАМИ!! - кричит Ник и хватает мою подушку.

Дэйв не ожидал такого поворота событий, поэтому первым выхватил от Ника мягким оружием. Так как я успел увернуться и вовремя вооружится - мне не попало. Вскоре повсюду летали перья и комната стала похожа на курятник. Мы так увлеклись игрой, что, за ором диких спартанцев, не заметили, стоящих в дверях, девушек.

- Ей Богу, как малые дети, - говорит Кэйт и слаживает руки на груди, - мне это еще и убирать.

- Ага, - поддерживает ту Бэмби.

Когда мы выбрались с дома, то увидели, стоящего возле автомобиля, Зака и его жену Саманту. Мой старший брат последние три года работает в Швейцарии пластическим хирургом. Если вы спросите брата почему он выехал с Англии, то он только махнет рукой, мол "следующий вопрос, пожалуйста". На переезде настояла его, тогда еще девушка, Сэм, так как родом рна именно с Берна. Поначалу Зак не очень был восторжен этой идеей, но отведав швейцарского сыра и надев на руку их же часы, прилип к этой стране. Он часто звонил и рассказывал мне о всем, что окружает его, о работе, о этом, с его слов, красивом городе. Еще Зак хотел, чтобы его младший братишка последовал за ним, но я не хотел покидать родной Стрейтбург. Вскоре он бросил эти попытки переманить меня в Швейцарию, а я был только рад, что брат уважает мой выбор остаться в Британии. Что касается Сэм, то она очень милая девушка с азиатскими чертами лица. Ну, может, я преувеличиваю на счет этого, но что-то от корейцев и японцев в её внешности присутствует. Когда я в последний раз говорил с Самантой, то она показалась мне весьма умным и начитанный человеком. Именно тогда я начал понимать, почему Зак выбрал её в жены. Они очень похожи характерами, как сиамские близнецы. Даже мы, братья, не имеем столько общего, сколько у них с Сэм. Я часто видел, как они смотрят друг на друга, и мне всегда казалось, что эти двое ведут телепатический разговор. Мне только и оставалось угадывать о чем они мыслят и что замышляют.

- Братишка, Джереми! - кричит Зак, обходя машину, и направляется ко мне, - Сколько лет прошло? Ты так возмужал, не узнать просто.

- Привет, Зак, - говорю я и обнимаю брата, - Уж не думал, что ты приедешь.

- Как я мог не навестить родного брата? - говорит брат, похлопывая меня по спине.

- Привет, Сэм, - говорю я и целую девушку в щеку.

- Рада видеть тебя, Джер, - отвечает Саманта.

- Ну что, в путь? - говорит Ник и запрыгивает к Дэйву в машину.

- Поехали, - хватает меня за руку Кэйтлин, - Сегодня будет самый лучший день в твоей жизни, милый.

- Посмотрим, - неохотно сажусь в машину я.

***

Пока мы все добирались к небольшой речушке, что находится за тридцать миль от Стрейибурга, Адель, дочь Сэм и Зака, постоянно без перерыва задавала Кэйт глупые вопросы. " А дядя Джереми твой муж?", " А у вас есть дети?", " А когда будут?", " Почему дядя Джереми такой молчаливый?".

Да потому, что ты меня достала, мелкая негодница. Если честно, я очень люблю детей, но не тогда, когда они много интересуются. Почему Земля круглая? Сколько овец пасется в Западной Индии на каком-то поле? Ох-х. И главное, если эти допытливые детишки не получают ответ на свои дурацкие вопросы, это еще не значит, что в течении часа они не будут переспрашивать по сто раз. Во-первых, это ужасно бесит, а во-вторых, вызывает у меня головную боль или, хуже того, мигрень.

Я облегченно вздохнул, когда мы, наконец, добрались к месту. Адель сражу же побежала к остальным детишкам, которые весело резвились на лужайке. Я увидел огромное количество людей, знакомых и не очень. Клэй как всегда взял все в свои руки.

- Ну что? Начинаем наш праздник! - говорит Ник, отрывает с треском шампанское, и смотрит на меня с улыбкой, - Кому первому налить?

- Мне! - подбегает Кайл со своим стаканом.

- Эй, Кайли, детское шампанское разливает папа, беги к нему. - говорю я и направляю малого в сторону Дэйва.

- Я хочу настоящее! - надувает губы тот.

- Ладно, пошли со мной, я налью тебе самого настоящего мужского напитка, хочешь? - спрашивает Ник.

- Да! - хлопает в ладоши малый.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия