"Ну ладно", - вздохнула орхидея. - "Но только последний раз". Она широко раскрыла свою пасть, развернула язык и опустила его глубоко в расщелину.

"Борис!" - крикнула Крете. - "Держись за него!"

"Мы здесь только для тушения огня, увы.

Огонь - водой потушим,

Жажду - пивом приглушим..." - донеслось в ответ от Бориса.

"Язык!" - прокричал Энзель во все горло в щель.

"Что, простите?" - спросил Борис. Стало так темно, что он почти ничего не мог разглядеть.

"Там висит веревка! Хватайся за нее!"

Борис ощупью поискал вокруг. Он нащупал что-то длинное, влажное в темноте и крепко схватился за это. "Это что, веревка? Да она вся мокрая!"

"Держись крепче!" - закричала Крете. - "Мы вытащим тебя!"

Орхидея, хрипя, втянула свой язык, как будто у нее на привязи был кит. Медведь был необычайно тяжелым, ничего подобного на ее языке еще не висело. Затем голова Бориса Бориса наконец-то высунулась из оставшейся щели. Он ухватился за траву, орхидея тянула и задыхалась, дети тянули его, как могли, пока он наконец не оказался на свободе. Он быстро выполз на четвереньках от ведьмы и поднялся на ноги. Шатаясь и задыхаясь, он остановился. Затем он обернулся и посмотрел на ужасное зрелище. Только сейчас он заметил, что гриб ведьмы стоял между двумя березами.

Раздался еще один рывок, еще один безнадежный стон ведьмы. Она уже погрузилась в землю по самую шляпку. Борис и дети отступили к кругу светящихся муравьев.

В лесной почве что-то с силой загрохотало, и остатки гриба опустились в землю. Глубокий подземный плач прокатился по лесу, распространился во все стороны и затих в сотне печальных отголосков между деревьями. Затем на том месте, где была ведьма, зияла лишь глубокая черная дыра.

Небо над поляной теперь превратилось в шатер, полный танцующих разноцветных звезд. Освобожденные души неистово резвились над Большим Лесом, перешептывались друг с другом, а затем решили провести свою новообретенную призрачную свободу в Заливе Блуждающих Огней, ниже Замонийской Ривьеры, недалеко от Болот Кладбищенских Дулов. Хихикая, они сформировались в светящийся рой и исчезли в юго-западном направлении, оставив за собой кометный хвост из цветных искр.

Борис Борис и дети стояли перед черным кратером, все еще ошеломленные и взволнованные произошедшими событиями.

"Злая ведьма теперь мертва?" - спросила Крете.

"Это никогда не знаешь наверняка", - задумчиво сказал Борис Борис. - "Может быть, она просто ушла домой. Я подозреваю, что под Замонией происходят вещи, которые еще предстоит выяснить".

Энзель начал выкапывать орхидею руками. Борис и Крете присоединились к нему, чтобы помочь.

"Не составит большого труда найти место лучше этого", - сказала орхидея не без укора в голосе. - "Любое место лучше этого".

Борис Борис прижал орхидею под мышкой. Он взял Крете за руку, та, в свою очередь, взяла за руку своего брата.

Так они и шли сквозь толпу из тысяч маленьких лесных животных, мимо земляных гномиков, светящихся муравьев, единорожков и полевок, мимо саламандр, короедов и енотов, которые молча расступались, освобождая им дорогу.

"Мы идем домой", - сказал Борис. - "Я знаю дорогу".

"Ты уверен?" - спросила Крете.

"Хоррр", - ответил медведь.

И вот опускается занавес над Энзелем и Крете, над Борисом Борисом и Цветными Медведями из Бауминга, над Замонией и Большим Лесом. Моя сказка окончена, там бежит мышка, и кто ее поймает, ни в коем случае не должен делать из нее меховую шапку или варить из нее суп, потому что изготовление меховых шапок и варка супа из маленьких лесных животных с сегодняшнего дня и навсегда запрещены.

<p>Часть II: От Линдвурмфесте до Блоксберга</p>

_{биография первой половины жизни}

^{Хильдегунста фон Мифореза}

от Вальтера Моэрса

"Встань у края бездны ада

И танцуй под музыку звезд!"

                — Девиз жителей Линдвурмфесте

Хильдегунст фон Мифорез — самый известный и самый читаемый писатель Замонии. Его творчество охватывает все мыслимые литературные жанры, от романа до экспериментальной лирики и монументальной театральной пьесы в девятисот актах.

Мифорез писал сонеты и афоризмы, новеллы, басни, сказки, эпистолярные романы, дневники, драмы, трагедии, комедии, либретто, памфлеты, сказки на ночь, путевые заметки, литературные любовные письма и даже лирические кулинарные рецепты^{12} — его спектр охватывает все цвета радуги замонийской литературы.