Мифорез был способен говорить о таком расплывчатом понятии, как любовь, как если бы он описывал осязаемый предмет, пейзаж или картину.

Он находил метафоры для душевных состояний, которые другие великие поэты его эпохи тщетно пытались найти, он мог так чутко переложить на трогательный язык хаос чувств, бушующий в любящей женщине, что у человека выступали слезы на глазах - даже если он был мужчиной.

Заполучив первую наживку, пострадавшая дама жаждала дальнейших писем, которые посредник затем и доставлял, за плату за доставку, которая по своей бесстыдности едва ли уступала содержанию стихов.

В этих письмах герой, кстати, постоянно заверял в своей героической незаменимости, рассказывал на закопченной бумаге о своей борьбе с коварными канальными драконами или другими столь же общественно опасными чудовищами и восхвалял часть тела обожаемой - кстати, всегда только одну на письмо.

Письма становились все дороже, причины, которые приводил посыльный, все более надуманными, но дамы жаждали их все сильнее, потому что одновременно возрастала - назовем это так: сомнительность - формулировок и, с другой стороны, количество и опасность для жизни опасностей, которые герой якобы должен был отражать при написании писем.

В какой-то момент посыльный исчезал с лица земли (не без получения солидного заключительного гонорара), и цепочка любовных заверений обрывалась.

Каждый раз оставалось разбитое сердце.

<p>Дом Наттиффотоффенов</p>

Но, как гласит популярная замонийская пословица: Шарах^{24} стачивает все края^{25}.

Вина давно истекла, и "Героиды" Мифореза стали классикой замонийской любовной лирической поэзии.

То, как Мифорезу удалось вырваться из криминальной среды Бухтинга и возобновить свою писательскую карьеру, является предметом многочисленных псевдобиографических спекуляций, в которых мы здесь не хотим участвовать.

Сам Мифорез любил распространять слух, что он ушел в дикую местность для очищения, чтобы поститься в течение года, а затем, подпитываемый голодными видениями, написать "Дом Наттиффотоффенов", книгу, которая положила начало настоящей карьере Мифореза.

Против этого утверждения говорит тот факт, что нет ни одного портрета Мифореза, на котором он был бы изображен иначе, чем упитанным.^{26}

В "Доме Наттиффотоффенов" Мифорез посвящает себя классическому общественному роману и открывает читателю панораму почти ста лет замонийской истории, с более чем двумястами пятидесятью действующими лицами.

В центре сюжета - Флоциан фон Гральсунд, молодой дворянин наттиффотофф, который по ходу романа превращается в бессердечного магната по производству масла из виноградных косточек и разжигает вражду со своим братом-близнецом Броцианом, который любит девочку-йети по имени Фелла.

Роман делает неожиданный поворот после восьмисот страниц, когда выясняется, что девочка-йети - переодетая наттиффотоффка и наследница империи по производству тыквенного масла.

Броциан и Фелла женятся, он берет на себя руководство империей тыквенного масла своей жены, в результате чего начинается непримиримая борьба между двумя братьями, торгующими пищевым маслом.

Как ни странно, книга становится невероятно многословной именно в том месте, где она, кажется, набирает обороты.

Мифорез мучает читателя бесконечными, кропотливыми балансами двух крупных компаний, сотнями страниц с таблицами, колонками цифр, моделями амортизации и юридической перепиской, которые действительно необходимо прочитать, если вы хотите следить за (теперь уже скудным) сюжетом романа.

Непонятно, почему Мифорез получил Кубок Замонийского Эпоса именно за эту мазню, но пути литературной критики неисповедимы, и Мифорезу впоследствии было позволено в полной мере доказать, на что он действительно способен.

Носмото Троссномо, производитель масла из виноградных косточек и ярый поклонник "Дома Наттиффотоффенов", привез Мифореза в Бленхейм и предоставил в его распоряжение одну из своих многочисленных вилл.

Ему было позволено жить там бесплатно, он обедал за знаменитым столом Троссномо и получал княжеское карманное пособие при условии, что в его следующих трех романах будет регулярно упоминаться определенный сорт масла из виноградных косточек.^{27}

Мифорез попытался развить успех "Дома Наттиффотоффенов" с помощью романов "Кашляющий Грааль", "Дети между каплями дождя" и "Трубка сардин" (действие которых происходит в среде производства масла из виноградных косточек), что, однако, удалось ему только в коммерческом отношении - критики были уничтожающими и обвинили его в художественной распродаже.

Особенно влиятельный в то время главный критик Лаптантидель Латуда обрушился на Мифореза с почти миссионерским рвением.

В ежедневной колонке "Гральсундского Культурного Курьера" стилистические ляпы Мифореза стали постоянной темой.

С чем, по собственным словам, поэт справлялся на удивление уверенно: он якобы читал колонки своей глухой таксе, а затем выстилал ими клетку своего говорящего стихами Мифореза попугая.