Читаем Эльванор (СИ) полностью

Плывите, потомки, испейте жизнь до дна, и возможно, однажды вы услышите мою песню, оставленную в тихих водах. Не гонитесь за призраками и живите с достоинством.

Помните эти слова и с чистым сердцем примите благословение Веннайо».

Закончив, Биара грандиозно подняла бокал со словами:

— Так изопьем же жизнь до дна, как и завещал твой великий предок! Кто мы такие, чтобы спорить с мудростью древних?

Ааланлор хмыкнула, но от тоста не отказалась. Так они осушили по первому бокалу. Пока она наполняла их заново, Биара принялась рассуждать:

— Нелепица какая-то. По сути, что мы узнали, прочтя Энкрипиум? Род древних начал гаснуть, потому что их дети перестали рождаться. Решение сойтись с другими расами было не лучшим: у детей доминировали гены родителей, не принадлежащих к древним. В итоге они не нашли решения лучше, чем стать бессмертными, то есть никогда не умирать — чтобы хоть как-то выстоять в этом мире. Древние посчитали, что ключ ко времени и, соответственно, бессмертию, лежит у истока всех четырех энергий, однако последний ее вид оставался для них загадкой. Поиски привели к миру Эльванорус-кхай — чем бы не был последний элемент, разгадку они намеревались найти именно здесь. Что мы имеем в итоге? Древние не сумели обрести бессмертие и выжить: значит ли это, что они не успели открыть четвертый вид энергии до того, как исчезнуть, или же соединение всех четырех элементов не дало тот результат, которого они ждали? — Было сказано, что законы миров изменить нельзя, — отвечала Аалналор, протягивая ей новый бокал. — А также много причитаний о жизни, потраченной впустую. Веннайо слишком ясно дал понять, что не желает подобной участи для потомков и велит им наслаждаться каждым отведенным мгновением, не истрачивая жизнь на безуспешные попытки «отвратить неотвратимое». — Правда, — согласилась Биара, пригубив вина. — Значит, что бы древние не обнаружили, результат их не удовлетворил… или же им просто не хватило времени? — Сумели они по итогу обнаружить четвертый элемент или нет? — Загадка, достойная мудрецов, — вздохнула собеседница.

Глаза ее стали помалу блуждать, да и разум самой Аалналор не был уже таким ясным, как раньше. Абрикосовое вино оказалось поистине коварным: легким на вкус и аромат, но не менее пьянящим, чем тот же сливовый бренди.

Пока она размышляла, Биара устало потянулась, после чего скинула с плеч тяжелое пальто, оставшись в рубашке с широкими рукавами. Поверх нее был наискось перекинут кожаный ремень с ножнами, из которых выглядывала бордовая рукоять кинжала. Поначалу оружие вызвало опасения у Аалналор, но после, заметив расслабленность собеседницы, она облегченно выдохнула: действительно, если бы Биара хотела причинить ей вред, то уже давно бы это сделала. Немного подумав, Ааланлор решила последовать примеру, стянув верхнюю одежду. Теперь на ней красовался графитовый камзол с бледным витиеватым узором. Лорафим скользнула взглядом вдоль ее наряда, после чего с улыбкой отвернулась.

— Что не так? — угрюмо вопросила Аалналор.

Биара еще некоторое время смотрела в сторону, на устах ее блуждала улыбка. Когда недовольство наследницы готово было выплеснуться наружу, она повернулась к ней, легко произнеся:

— Приятно видеть, что Аалналор ми Веннейро решила последовать моему совету, добавив в гардероб благородный серый цвет. Я не прогадала: он и в самом деле чудесно подчеркивает твои глаза.

Настал черед Аалналор отвести взгляд. Сейчас подобные комплименты, да еще и от Биары, вгоняли в смущенную краску. Она почувствовал себя глупо, и это ее разозлило. Лорафим же будто и не заметила напряжения собеседницы, непринужденно продолжив:

— Ума не приложу, как у такой красивой и состоятельной наследницы все еще нет избранника? Видишь ли, поскольку я работаю в издательстве, индустрия сплетен шагает со мной нога в ногу. Так вот, ни разу я не слышала о том, что у любимицы Эльванора, госпожи Веннейро, появился любовный интерес. Как же так получилось? — Ты верно подметила про состоятельную наследницу, — холодно отозвалась Аалналор, продолжая избегать ее взгляда. — Вероятно, меня считают слишком недоступной и отдаленной от простых людей. — А может, дело не в том, какой тебя считают, а в том, какой ты себя преподносишь? Пока будешь давать остальным понять, что ты далека от них, «простых людей», никто не рискнет приблизиться. Перестань считать себя лучше из-за того, что обладаешь именитой родословной, и глядишь — люди потянутся, а вместе с ними придут и потенциальные любовники.

Аалналор пренебрежительно фыркнула, на что Биара ответила веселой улыбкой, осмелившись ей подмигнуть. Она жалела, что позволила втянуть себя в подобные разговоры. Зачастую откровения ни к чему хорошему не приводят.

«Сама предложила вино, и сама же на него повелась!» — упрекнула себя Аалналор, переведя взгляд на Биару. Щеки собеседницы украсил задорный румянец, а глаза загадочно блестели… Впрочем, сама она наверняка выглядит не лучше. Стыд жег изнутри, и желая хоть сколько-то его облегчить, Аалналор решила ужалить в ответ: