Читаем Ельцын в Аду полностью

- Начальник, руби дверь – пальцы не пролазят! - заорал он дурным голосом, изобразив своими ручищами немыслимых размеров распальцовку. Дэпан от него шарахнулся: не ожидал подобного поведения от своего «некрестника». Шагнув через проход, Трехпалый рухнул на пол, продолжая орать, как заправский рецидивист:

- Моя хата! Родной пол, родные стены! Сюда навек кости брошу!

И тут же вскочил.

Желаемого он добился: все – кто с ужасом, кто с почтением, кто с недоверием – уставились на новоприбывшего, громогласно объявившего о своем намерении править зоной.

- Здорово! - гаркнул главшпан. - Чо вы тут замутили с моей шестеркой?

Фридрих болезненно поморщился. Кто-то пояснил:

- Блудняка в стойло ставим (указываем никчемному зэку его место, перевел дэпан).

- «Исправить!» - рявкнул медведем снова разозлившийся Ельцин. - Мы вам не бакланы у бановского шалмана (хулиганы у вокзальной пивной)!

- Спокуха, адограждане заключенные! - вмешался инфернальный лягавый. - Это пассажир с экватора (простак, ничего не знающий о тюрьме). Но за него дает мазу очень уважаемый человек — ваш пахан...

- Волей клянусь! - просипел Ельцин, не желающий ботать по фене, однако не могущий изъясняться по-другому. - Федя — достойный арестант! Хоть и букварь (новичок)! Перед мусорами не кланяется, с петухами никогда не кантовался, корешей не закладывал, книг наизусть знает множество и треплется нехило...

Самая гнусная характеристика в моей жизни, опечалился Ницше.

Зэки довольно загудели: сиделец, знающий литературу и умеющий хорошо болтать, ценится если не на вес золота, то уж чая или табака — точно!

- Ну, если сам Трехпалый рекомендует.. Как твоя погремуха, брателло?

- Философ, - ответил за него новоявленный вожак.

Вот так дело жизни стало кличкой. Обидно! — еще сильнее расстроился Фридрих.

- Слышь, бес! - попросил эрзац-Данте своего искусителя. - Ты Феде растолкуй понятия, чтоб он в моей зоне косяк не упорол (серьезной ошибки не сделал). И объясни попроще, на ясном для него языке, а то он не врубится!

Ницше хотел было впасть в совсем уж глубокую обиду, но дэпан не дал ему на это времени, начав свой урок жизни в ельцинской инфернальной России:

- Общаясь с зэками, забудь обращение на «вы». И сам никогда не кричи урке: «Ты мне не тычь!» Он ответит: «Я тебя еще не тыкал», имея в виду гомосексуальный акт.

Заходя в хату, поприветствуй всех. Только не каждого за руку и не растерянно: «Здравствуйте». А нормально, уверенно: «Здорово!» Не добавляй «братва» или «мужики» - в камере могут находиться блатные, пидоры.

Нары и шконки часто заняты: число обитателей не всегда соответствует количеству спальных мест. Не топчись растерянно в дверях. Пройди вперед, присядь за стол или с краю нар. Баул не ставь на стол или шконку, лучше у ног.

Уронил на пол вещь — смотри по обстоятельствам. Ладно, если пачку курева на чистое место. Пошути, типа, «упало на газету» и подними. Но если подберешь сигарету у параши и сунешь ее в рот, уедешь в петушатник, то бишь к голубым.

- Какие баулы и вещи в инферно? - удивился Ницше.

- Ворованные, как и все в России! - пояснил дэпан. - Конечно, фантомные. Ладно, двигаем дальше.

Свободную шконку желательно занять подальше от параши. Не удивляйся, когда вместо имени спросят: «Ты за что?» или: «По какой статье?» Обитателям важно знать, с кем придется чалиться. Вдруг с педофилом. Назови номер статьи, но никаких подробностей о самой делюге. Дальше тебя расспрашивать нельзя. Если начнут — значит, перед тобой либо стукач, либо дурак...

Тут оба собеседника отвлеклись на обычный для пекла и ельцинской правоохранительной системы эпизод. Из служебного кабинета рядом с Индией раздались звуки ударов и крик: «А-а-а, хоть убейте, суки, ничего не скажу!..» Секунд через двадцать тот же голос заверещал: «У-у-у, все скажу, только не бейте!» Чертов опер пообещал допрашиваемому мужику «порвать зад на британский флаг». Ницше попытался вспомнить, как выглядит государственный символ Соединенного королевства, и представить, как арестант будет ходить с подобным украшением пониже спины, однако даже его изощренная фантазия дала слабину...

Тут же послышался еще один диалог.

- Что ж ты гонишь лажу, будто не знал, что это — смертный грех?

- А ты всегда говорил правду?

Бес-следак завизжал:

- Ты меня что, на порожняке поймал, за фуфло спросить хочешь?

Сразу последовал молниеносный ответ:

- С ментов и пидоров не спрашивают.

Дэпан взъярился:

- Ну, я этому черту покажу! Этот дурак доволен! Опытный бес порвал бы зэка за подобное сравнение...

Издевательства бывалого арестанта над простофилей — допросчиком тем временем усилились...

- Где мой адвокат?

Лягавый засипел от ярости:

- Какой на хрен адвокат в аду?

- Ну там ангел-хранитель или святой, в чью честь я назван...

- Не будет тебе защитника! Реально в России они только у богатых бывают, а сейчас у тебя в кармане блоха на аркане! Колись, падла, а то я тебя...

- Ты у меня только минет можешь! И вообще — заткнись!

- Ты мне не тычь!

- Я тебе еще не тыкал!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное
Граждане
Граждане

Роман польского писателя Казимежа Брандыса «Граждане» (1954) рассказывает о социалистическом строительстве в Польше. Показывая, как в условиях народно-демократической Польши формируется социалистическое сознание людей, какая ведется борьба за нового человека, Казимеж Брандыс подчеркивает повсеместный, всеобъемлющий характер этой борьбы.В романе создана широкая, многоплановая картина новой Польши. События, описанные Брандысом, происходят на самых различных участках хозяйственной и культурной жизни. Сюжетную основу произведения составляют и история жилищного строительства в одном из районов Варшавы, и работа одной из варшавских газет, и затронутые по ходу действия события на заводе «Искра», и жизнь коллектива варшавской школы, и личные взаимоотношения героев.

Аркадий Тимофеевич Аверченко , Казимеж Брандыс

Проза / Роман, повесть / Юмор / Юмористическая проза / Роман