Читаем Ельцын в Аду полностью

- Вот, я только что про эту подколку рассказал, - напомнил Фридриху его ментор. - Сотруднику я рога обломаю, чтобы впредь с арестантами разговаривал правильно...

- А почему Вы не урезоните зэка?

- Пусть болтает! Отрицалы сами себе хуже делают, когда хорохорятся! Однако продолжим. В камере могут попросить закурить или поделиться чаем...

- Откуда им взяться в инферно?!

- Реально их нет, они остались в твоих воспоминаниях... Как и вещи, кстати...

- Но это — приятные воспоминания! Где их взять в аду?!

- Не перебивай! Почти за любого покойника кто-то молится, ставит свечки, поминает добрым словом... По-здешнему: греет зону. В такие минуты на душу снисходит благодать. Ее не хватает на освобождение из пекла или избавление от мук, но немного счастья она приносит: воспоминания о любви, еде, питье... Ими можно делиться. Так вот, о куреве и чае. Если их попросят, не ври, что нет, но и не отдавай все. Угости сигареткой. Если есть чай, скажи: «Давай заварим!» После того как неспешно расположитесь, отсыпь на бумажку примерно большую ложку с горкой.

Иногда сокамерники могут предложить чифирнуть их чаем. Заварили, смотри по душам - стоит ли полоскаться с ними в одной кружке. Попросить отлить себе отдельно чифира нельзя! Если компашка не внушает доверия, просто откажись. Или отлей немного заварки себе в кружку и разбавь кипятком. Нормальный чай можно пить одному.

Бывает, что в камере нет розеток для подключения электроприборов. Тогда чиф кипятят на дровах — на факеле из бумаги или тряпки. Дрова — дефицит. Если пожелаешь, чтоб тебе на них заварили слабого чаю, не поймут.

Стали пить чифир — сделай два глотка и передай кружку дальше: ее гоняют по кругу. Будь готов, что с непривычки станет тошнить. Скажи: «Я — пас!»

Я потому так подробно описываю «чайную церемонию», что для зэков она имеет огромное значение. Чай у них— большая ценность, внутренняя валюта. Некоторые сидельцы отдают последние вещи, лишь бы чифирнуть. Чтобы достать заварушку, идут нередко на обман и подлость.

Жрать привезенные продукты в одиночку не очень принято. Возникнет желание — немного поделись. Выбери самого приятного тебе или авторитетного сокамерника, предложи перекусить. Тогда он будет на твоей стороне в споре, конфликте. Двое — уже коллектив. Одиночки начнут опасаться.

Голод вообще заставляет и людей, и души всячески приспосабливаться. Ради продуктов многие готовы идти на подлости.

Ну, а если тебе предложили потрапезничать, не отказывайся. Лишняя скромность может быть неверно истолкована. Подумают, ты за собой что-то чувствуешь, что-то по жизни «неправильное». Только не набрасывайся на еду, выложенную на стол, даже если очень голоден. Постарайся жрать, не чавкая. Не засасывай, как компрессор, пищу с ложки. Поел — поблагодари.

Длительное пребывание в зоне поднимает аппетит, но нельзя за один присест сжирать весь хлеб, выданный на сутки. Причем, не только свой, но и сокамерников.

Не ругай вслух качество выдаваемой баланды. Некоторые на ней живут годами — зачем же их сразу принижать?

- Спасибо большое за науку, - успел вставить философ, которому лекция поднадоела: долго пребывать в адской ельцинской России он не собирался.

- Забудь это слово! Замени на «благодарю». В отдельных хатах, то есть камерах, в ответ на «спасибо» можно услышать: «Спаси свою жопу от беспредельного члена!»

Также не говори «обиделся». Обиженные и педики — синонимы, как ты любишь выражаться.

Не матерись! Можно не только невольно кого-то оскорбить, но и поставить себя в смешное положение. Как-то один арестованный рассказывал: «Поехали мы в Москву. Папа, бл...дь, мама, бл...дь, сестра, бл...дь. И я, е...аный в рот...» Когда ему заметили: «Ну у вас и семейство!», он так и не понял, почему окружающие смеются.

Ницше хотел гордо заявить, что не выносит нецензурщины, но собеседник не дал ему и слова вставить:

- По возможности приведи себя в порядок. Побрейся, переоденься, почисти одежду и зубы. Внешний вид много значит. Только не переусердствуй. Да, в зоне чистота и опрятность — одно из слагаемых авторитета, но когда арестант делает из этого показуху или видно, что он замарашка по жизни, но всеми силами старается изобразить чистюлю, получается смешно и имеет обратный эффект.

Осмотри складки одежды под мышками и резинки трусов. В зоне легко подхватить бельевых вшей – ими становятся самые никчемные чиновники. Конечно, ты душа трудолюбивая, и тебе не лень чесаться, но в камере тебя не поймут. Сам прикинь: если там не хватает мест и спят по очереди, кто захочет делить постель с вшивцем?

Бельевых вшей и ман...авошек (лобковых вшей) от скопившихся в ельцинской России бюрократов и бандитов с олигархами можно подхватить в любой момент. Трагедии здесь нет, стесняться не надо. Наоборот — не скрывай. Завелись у тебя — могут завестись и у сокамерников. Пусть они себя тоже проверят. У нас имеется так называемая прожарка. По первому требованию вертухаи отведут тебя на дезинфекцию в средневековый сектор. Прожарят на кострах инквизиции, как стейк!