Читаем Древний Марс полностью

Ноэл-Па как-то невзначай упомянул об этой музыке на второе утро после их приезда на ферму Маккензи и получил неожиданную порцию обидных комментариев от своего тестя. Папочка Кейн бросил на мужа умоляющий взгляд, и этот стройный отставной военный блондин сжал губы и промолчал, хотя Тильда знала, чего это ему стоило. С тех пор Стивен не упускал возможности подколоть супруга своего сына.

«И Папочка Кейн даже не пытается защищать его», – безнадежно подумала Тильда. Слава богу, она скоро отправится в Кембридж учиться в колледже, что послужит выходом из этой гнетущей ситуации. Но у Ноэла такой возможности не было – если только не бросить своего мужа, что уже начинало походить на правду и приводило в смятение их дочь, то есть ее.

Тем временем она думала о женщине, с которой никогда не встречалась и которая пошла в чужой инопланетный город и совершила там самоубийство. Неужели её приманила та музыка? И вдруг это таким же образом повлияет на нее саму? От страха перехватило горло. Теперь она уже действительно никак не могла дождаться дня отлёта с Марса.

Она стала вспоминать, как они попали на Красную планету, события той ночи, что изменила их жизнь. Поступил вызов с Марса, и Кэйн пошел обсудить со своим отцом детали визита к нему. Тильда свободно витала по ходу игры в виртуальной камере, а Ноэл-Па откинулся в кресле, читая одну из его старинных книг, изготовленных еще из специально уничтоженных для этого деревьев.

Когда Папочка Кейн опять вошел в гостиную, выражение его лица и резкие складки у рта заставили Ноэла-Па резко опустить подставку для ног и молниеносно встать с кресла, выказывая свою военную выучку.

– Твой отец? – спросил Ноэл-Па, обнимая Кейна.

Папочка Кейн покачал головой.

– Нет, с ним все в порядке. Это моя приемная мать… она умерла.

Тильда выключила виртуальную камеру. Без лишних слов они пошли на кухню и сели за кухонный стол. Снаружи жесткие пальмовые листья, раскачиваемые океанским бризом, постукивали, как живые кастаньеты.

– Бог мой, они ведь поженились всего семь месяцев назад. Что произошло? – спросил Ноэл-Па.

– Она вышла в марсианский город и сняла шлем.

– Милостивый боже! Почему? Что же произошло?

– Этот, синдром… наверное. Отец нашел ее тело два дня спустя, – произнес он низким и тяжелым голосом. Наступила долгая пауза. – Он хочет видеть меня… нас у себя дома.

Ноэл-Па стоял и занимал себя, разливая чай со льдом по бокалам.

– Это совсем не похоже на ту жизнь, какую мы представляли после моей отставки.

Кейн опустил взгляд, уставившись на свои руки.

– Да, конечно.

Чтобы разрядить тягостную атмосферу, Тильда быстро встала из-за стола и принесла отцу чашку чая.

Ноэл оперся о столешницу и пристально смотрел на мужа, в то время как Кейн старательно избегал этого внимательного направленного на него взгляда голубых глаз.

– Он женился на Мияко, чтобы досадить тебе и заменить тебя ею, – тихо прознес Ноэл, обращаясь как будто к самому себе.

– Я знаю, но сейчас я ему нужен. Это не навсегда, а на какое-то время. Однажды он нас покинет. Я продам эту ферму, и мы вернемся на Землю.

– Это может затянуться надолго.

– Ему семьдесят семь. Едва ли это будет уж так долго.

Ноэл-Па покрутил свой бокал, кубики льда звякнули о его стенки.

– Я думаю, это будет справедливо. Вы следовали за мной от одного места назначения к другому – сначала Луна, потом Церера, на Крайнюю Станцию и по всему миру с тех пор.

Так Ноэл-Па и подал в отставку с военной службы в Космическом Командовании, и мы отправились на Марс. Во владения Маккензи: пять строений из красной марсианской породы под куполами для выращивания урожаев и шестой жилой: спальни, дома для рабочих, силосные башни, складские помещения и гаражи. Неожиданными для Тильды оказались изящные закрученные шпили древнего марсианского города на противоположном от фермы Маккензи берегу высохшего марсианского озера. Их поблескивающие радужными цветами стеклянные башенки почти примирили ее с переездом, и она не могла дождаться скорейшего похода в город. Вот только дед Стивен запретил кому-либо входить в него после смертельного случая с Мияко.

Со всеми предосторожностями Тильда стала собирать информацию после того, как им с отцом тоже послышалась эта музыка. Это называлось синдромом «марсианской задумчивости», и в его наиболее острой форме люди уходили в эти города и там умирали. Обычно это случалось с теми, у кого были проблемы со здоровьем, или с глубоко несчастными людьми. Что, конечно, много говорило об этом пресловутом браке весны с зимой, как судачили о супружестве Мияко со Стивеном. Не было никаких признаков плохого здоровья у двадцатисемилетней Мияко. И оставалось только одно объяснение. Которое, мягко говоря, не укрепляло репутацию Стивена.