Читаем Дитя Колорадо полностью

– Понимала, – подтвердил Винс. – Она сказала мне об этом, когда я вез ее обратно в аэропорт.

– Но она убедилась в том, что он мертв, и это было главным. Сердцем она это знала давно, но разуму нужны были доказательства, чтобы понять, что можно жить дальше.

– Не говоря о том, что это помогло, наконец, убедить в ее правоте дотошных жлобов из страховой компании.

– Она получила деньги? – спросила Стефани.

Дэйв улыбнулся.

– Да, мэм. Эти ребята действуют быстро, когда дело доходит до торгов, но становятся очень медлительными, как только им предъявляют иск. Они долго тянули резину, но, в конце концов, все выплатили. В подтверждение этого мы получили письмо с благодарностью за все, что сделали. Она писала, что если бы не мы, она все еще ждала бы, пока страховая компания перестанет доказывать, что Джеймс Коэн, возможно, жив и находится в Бруклине или Тэнгери.

– Какие вопросы она вам задавала?

– Думаю, ты сама догадываешься, – сказал Винс. – Первым делом она хотела знать, куда он направился, сойдя с парома. Ответа у нас не было. Мы опрашивали людей, не так ли, Дэйв?

Дэйв Боуи кивнул.

– Но никто не вспомнил, что видел этого человека, – продолжал Винс, – понятно, ведь к тому времени уже стемнело. А что до остальных пассажиров с последнего парома, а их, как обычно, было немного, то они, скорее всего, поспешили на стоянку Бэй-стрит, к своим машинам, подняв воротники и опустив головы из-за сильного ветра с моря.

– Она спрашивала про бумажник, – сказал Дэйв. – Мы могли ответить только то, что его так и не нашли... по крайней мере, в полицию он не попал. Я предположил, что кто-то, возможно, вытащил бумажник из кармана владельца, опустошил его и выбросил за борт.

– Возможно, что и в раю есть родео, но это вряд ли, – холодно осадил его Винс. – Если у него был кошелек, то зачем было держать в кармане брюк еще 17 долларов купюрами?

– На всякий случай, – вмешалась Стефани.

– Может быть, – сказал Винс. – Но мне кажется, вряд ли. И честно говоря, то, что в шесть часов вечера на пароме между Тинноком и Лосиным островом работал карманник, кажется мне еще более необычным, чем то, что художник из рекламного агентства нанял частный самолет, чтобы лететь в Новую Англию.

– В любом случае, куда подевался его бумажник, мы ей объяснить не могли, – сказал Дэйв, – и куда пропали его пальто и пиджак, и почему он был обнаружен только в брюках и рубашке именно на этой части пляжа Хэммок.

– А сигареты? – сказала Стефани. – Уверена, ей это было интересно.

Винс издал короткий смешок.

– Интересно не то слово. Пачка сигарет чуть не свела ее с ума. Она не могла понять, зачем они ему понадобились.

Он был не из тех, кто бросил, а потом решил снова закурить, нас в этом не надо было убеждать. Каткарт тщательно осмотрел его легкие, думаю, ты понимаешь, зачем.

– Чтобы убедиться, что парень не утонул? – спросила Стефани.

– Точно, – ответил Винс. – Если бы доктор Каткарт обнаружил в легких воду, значит, при помощи куска мяса кто-то пытался скрыть истинную причину смерти мистера Коэна. Это не доказало бы факт убийства, но вызвало бы подозрение. Каткарт не нашел в легких Коэна ни воды, ни следов курения. Все чистое и розовое, как он выразился. И все же между офисом Коэна и аэропортом Стэплтон было место, где Джеймс, несмотря на спешку, с которой должен был действовать, попросил шофера остановиться и купил пачку сигарет. Либо он заранее припас ее, как и русскую монету, в чем я почти уверен.

– Вы ей об этом сказали? – спросила Стефани.

– Нет, – ответил Винс, и тут зазвонил телефон. – Я на минутку, – сказал он и направился к аппарату, чтобы взять трубку.

Он говорил коротко, раза три сказал «ага» и, закончив разговор, вернулся к ним, потягивая спину, как делал раньше.

– Звонила Элен Данвуди, – сказал он. Она готова поговорить о стрессе, который пережила, когда сшибла пожарный гидрант и «выставила себя на посмешище». Это точная цитата, но не думаю, что она появится в моем захватывающем дух репортаже об этом событии. В любом случае, думаю, мне лучше добраться до нее как можно скорее, чтобы получить историю, пока воспоминания свежи и пока она не занялась ужином. Мне повезло, что они с сестрой так поздно едят. Иначе я упустил бы свой шанс.

– А мне надо заняться счетами, – сказал Дэйв. – Кажется, их стало на дюжину больше, чем было, когда мы пошли в «Чайку». Клянусь, стоит оставить их на столе, они начинают размножаться.

Стефани смотрела на них с явной тревогой.

– Вы не можете прерваться сейчас. Не можете оставить меня в сомнениях.

– У нас нет выбора, – мягко сказал Винс. – Мы живем в сомнениях уже 25 лет, Стеффи. Ведь в этом деле нет обманутой секретарши.

– И нет огней Элсуорта, отраженных от облаков на юго-востоке, – сказал Дэйв. – Нет даже Теодора Рипонокса, старого бедняги моряка, убитого за выдуманные пиратские сокровища и оставленного в носовом трюме, залитом его же кровью, в то время как его товарищи были выброшены за борт. Зачем? Чтобы другим не повадно было, боже мой! Вот тебе мотив, дорогая!

Дэйв ухмыльнулся, но ухмылка быстро сошла с его лица.