Читаем Девочка из пустыни полностью

В тот вечер девочка с плачем просыпалась еще дважды. И Сарем бросала все дела у котла и спешила в юрту, и там, прижав ее к груди, она ласково напевала долгую песню. Это была любимая песня Сарем о богатыре Рустаме. Ее передавали из уст в уста более тысячу лет. Мягкий голосок хозяйки успокаивал девочку, и Лене казалось, что такая добрая душа скоро приведет ее к матери. Поэтому Лена приняла из рук Сарем полную пиалу кислого молока с кусочками хлеба и стала есть.

Так минуло два дня. Лена уже чувствовала себя лучше, сама вышла из юрты и обошла этот круглый домик: куда ни глянь, кругом пески. Сарем следила за ней. Девочка заплакала.

– Где я? – спросила она у женщины, а та лишь грустно улыбнулась. – Я хочу к маме.

На душе у Сарем стало тоскливо: она догадывалась, чего может желать такой ребенок.

– Добрая тетенька, скажите, Москва далеко отсюда?

Сарем уловила знакомое слово «Москва» и испугалась. Как бы ей в голову не пришла мысль отправиться туда. Это верная смерть. Но как объяснить? И Сарем руками изобразила волнистую змею, которая бросается на людей. Затем – волка со скалистыми зубами и жутким воем. От испуга глаза девочки расширились, и Лена поняла, что эти пески кишат страшными тварями, а значит, дорога домой закрыта. Лена громко заревела, кинулась в юрту и бросилась на курпачу.

Сарем же легла рядом и стала гладить ее волосы и что-то нежно шептать. Однако чужая речь только раздражала ее. Она повернулась на другой бок и стала звать маму. Лена умоляла скорее забрать ее отсюда. Она не сомневалась, что ее папа, сильный и смелый, разыщет свою дочь. Но почему-то он медлит, почему до сих пор его нет? И Лена обернулась к хозяйке юрты, чтобы узнать об отце, но та тоже плакала.

Вскоре девочка заснула. Сарем легко вздохнула и тихо встала с места, хотя не хотелось. Роль матери ей нравилась все больше и больше. Жизнь наполнилась смыслом, стала интереснее. Пусть даже это чужой ребенок и не похож на них.

Пока Лена спала, Сарем успела надоить верблюдицу и стала раздумывать: какое же блюдо сготовить. Это должно быть очень вкусное блюдо, тогда не нужно будет уговаривать девочку. Что же такое сготовить? Ведь это не простой ребенок, а из самого большого города в мире. Конечно, будь у нас лук, помидоры, морковь – вкус бульонов был бы совсем иным. «Я пожарю нежное мясо барашка, – решила Сарем».

Вечером со стадом вернулся Касым.

Лена уже успела снова выплакаться. Глаза были воспаленные. Она лежала одна и равнодушно глядела по сторонам. Когда в полутемную юрту вошел Касым в лохматой папахе, то это испугало ее: она не сразу узнала его. Лицо Касыма сияло, и, сняв шапку и халат, он бросил вещи у порога. И тут он вспомнил частое слово геологов: «Хорошо, хорошо». А после удалился, так как у колодца с кувшином воды его ждала жена.

После все собрались в юрте за дастарханом. По случаю ее исцеления Лены Сарем достала из сундука новую цветастую скатерть. В чашках был жирный бульон, а в тарелке – вареная баранина и жареные кусочки мяса. В этот день она еще успела испечь лепешки.

– Ого, сегодня у нас свадебный обед! – произнес Касым, и жена расцвела от такой хвалы.

– Это в честь нашей гостьи.

– Как она? – спросил муж.

– Уже намного лучше, хотя ест еще мало.

– Ничего, привыкнет к нашей жизни, хотя неизвестно, какая судьба ее ждет. Ты с ней будь ласковее, забавляй всякими играми. Одним словом, отвлекай ребенка от мыслей по дому, и тогда она перестанет плакать.

– Это трудное дело: нельзя так быстро забыть своих родных.

– Но у нее, видимо, такая судьба. Так написано на роду, коль это случилось с ней.

– Стоит нам вернуть девочку, и судьба ее станет иной.

– Но я не могу пойти против брата, а если Жасана арестуют?

И Сарем умолкла. Она усадила девочку рядом и поднесла на тарелочке жареные кусочки мяса. Лицо девочки не изменилось.

– Может, ей нужна ложка, ведь русские не едят руками? – спросила жена у мужа.

– У нас нет ложек, пусть привыкает, иначе для чего Бог дал людям руки. Тем более это совсем просто, она быстро научится. А вот с ложкой есть труднее. У русских есть еще такая вещь, она называется «вилка». У нее ручка, как у ножа, а вместо лезвия – три острых гвоздика.

– Разве это не опасно, ведь могут язык изранить?

– Не знаю, сам не пробовал. Ты покажи девочке, как есть руками.

Сарем взяла кусочек мяса и поднесла ко рту девочки. Лена брезгливо отвернулась.

– Смотри, какая! – удивился Касым. – Если брезгует есть из твоих рук, то пусть сама ест.

И муж с женой принялись за еду. Лена сидела с опущенной головой. Через какое-то время она медленно протянула руку к тарелке. Девочка была голодна и не устояла перед ароматным запахом жареного мясо. Сарем глянула на мужа и улыбнулась. Касым был также доволен.

После ужина Сарем еще долго не убирала еду в надежде, что девочка захочет еще. Но Лена лежала к скатерти спиной и еще не спала. Хозяйка же принялась за пряжу при тусклом светильнике. Муж сидел рядом и точил свой большой нож о плоскую гальку.