А этот бывший игрок в моллюсков далеко не прост, бестия! Как сказал бы капрал: «Садковая ржа забери!» И Голос слышит, и видения толкует. «Очень похоже, не один я мыслеблокадой владею!» — сделав такое открытие, четвертьабмирал долго не мог заснуть. Постепенно выстроилась логичная картина. Галлюцинация, наведенная туземцами, сильнее подействовала на разведчиков потому, что транслирующее устройство располагается, несомненно, в городе. До лагеря докатилась ослабленная волна, которую смог уловить только он, владевший секретом запирания своих мыслей от соплеменников. Но, закрывая мозг для своих, по-видимому, открываешь для чужих. «Вот влип!» — подчелюстной мешок наполнился жгучей слюной от ужаса при мысли о том, как отвратительные пятипалые чудовища начнут ковыряться в его памяти, отыскивая секретные данные о расе Диалона, которые доверены старшим офицерам рангом не ниже четвертьабмирала…

Глава 6. КОНЕЦ ИСТОРИИ

На следующее утро сомнений не осталось. Во сне продолжали действовать пятипалые, но их бурная активность была направлена в этот раз на освоение водной стихии. Огромные металлические сигары, светясь мириадами огней, зыбких и нереальных, плавали в фиолетовой воде, выпускали пятипалых из чрев своих и вбирали снова. На мордах у аборигенов были нацеплены прозрачные шлемы, а их конечности были задрапированы фальшивыми перепонками. Вокруг них сновали пугливые рыбешки, точь-в-точь как в океане Диалона, затем из расщелины подводного хребта выползла кошмарная многосуставчатая машина и принялась гладить дно, поднимая песчаную взвесь…

Керк О вызвал Унг Тольда.

— Ты видел? — спросил он, обходя уставные церемонии.

— Да, — подтвердил Унг Тольд, и в его глазах четвертьабмирал прочитал тоску, какая бывает перед дуэлью у кадета, почуявшего близкую смерть.

— И что скажешь?

— Мне говорить нечего, командир. Пусть оно скажет! — Унг Тольд полез в полевую сумку и вытащил предмет, размером и формой напоминающий Изначальный Плод, а проще говоря, яйцо, из которого вылупляется головастик расы Диалона, когда наступает его черед осчастливить мир своим присутствием. Но оно было не привычного серого цвета. Яйцо блестело, как металлическое, и оболочка непрестанно пульсировала. Внезапно оно выпрыгнуло из верхних лап «ночного рыцаря» и покатилось по столу. Потом встало на попа и принялось раскачиваться, как игральный моллюск, не желающий покидать проигрышную ямку.

— Что это такое?!

— Говорящая штучка из углового дома. Тэн Вассан постарался. Приглянулась ему, вот и захватил ее перед уходом. А сегодня утром мне похвастался.

— Говори, кто ты есть! — приказал четвертьабмирал штучке из углового дома и хотел потрогать ее пальцем.

— Но-но, без рук! — ловко увернулось яйцо. Его голос на столичном диалекте расы Диалона звучал прямо в мозгу. — Что за невоспитанность! Мало того, что вы не реагируете на правила, установленные Советом Знания, так еще и экспозицию нарушаете!

— Вспомнил! — вскрикнул Унг Тольд. — Вот это слово — экспозиция. Так и вчера ночью сказало: «Не успеете в срок увидеть — экспозиция поменяется».

— Было дело, — согласилось с заявлением яйцо. — Программа вступительного ознакомления каждый день меняется. Чтобы с историей человечества познакомиться досконально — годы и годы надо потратить. Но дело того стоит. Гляжу на вас и вижу — издалека прибыли. Правильно, что прибыли, — есть чему поучиться! Но как дипломированный гид должен сразу предупредить: пришли в музей — будьте добры уважать музейные правила. Экспонаты руками не трогать! Экспозицию не нарушать! А вы меня — в сумку! Меня, кандиорга высшего класса! А ведь мы, кандидаты в организмы, наделены всеми правами и обязанностями члена Объединенного Союза Человечеств! Я уже про травку не говорю — вы ее косить принялись, а она этого не любит! На ней отдыхать положено, а вы ее железом! Разве экскурсанты так поступают?

— Если я вас верно понимаю, вся планета — музей?

— Не только планета, — гордо объявил дипломированный гид. — Вся солнечная система целиком служит Объединенным Человечествам в качестве музея памяти. В ее пространственных пределах запрещены все виды полетов, кроме экскурсионных. Люди чтят место, откуда пошла цивилизация!

— А если мы прибыли сюда не как экскурсанты?