И все повторилось: злые нижние чины, знающие, что работают впустую. Голая земля. Бешено рвущиеся к небу ростки. Как и в прошлый раз, выросшие еще в два раза выше. Старина Шнот на сопротивление местной флоры не реагировал. Керк О сознавал собственное бессилие, но отменить приказ не осмелился.

Стайеры снова пошли на траву. И снова трава поднялась выше в два раза. И снова ее выкорчевывали и вытаптывали, а она вырастала. После третьего раза трава доставала разумным рептилиям до пояса, после четвертого — до подчелюстного мешка, после пятого — намного обогнала самого длинного представителя расы Диалона.

Шестого раза не было — Главнокомандующий дал отбой. Даже до Полных абмиралов иногда доходит, что некоторые приказы невозможно выполнить.

— До чего же здесь трава упрямая, — задумчиво произнес он в пространство и проследовал к яхте. Начальник Службы Уха и Нюха побежал вперед, раздвигая траву. Впрочем, травой это было трудно назвать. Высотой она была с хорошее дерево…

Керк О подумал: «Впервые на моей памяти упрямство абмирала натолкнулось на еще большее упрямство, и у кого! У безмозглой травы. А может, она не такая и безмозглая?.. Привыкла к деликатному обращению, а ее — алебардами! Интересно, если здесь трава такая, то каковы же сами туземны?»

Глава 5. НАЧАЛО КОНЦА

Как только часовые доложили, что разведка вернулась, Керк О потребовал к себе командира «ночных рыцарей», чтобы выслушать его наедине.

— Виноват! — отрапортовал капрал. — Подразделение задержалось, потому что очень хотело выполнить приказ. А приказ не выполнило, потому что в населенном пункте нет населения!

— Совсем никого?

— Так точно. Ни единой души, садковая ржа забери! К городу мы подобрались скрытно. Везде чисто. Везде аккуратно. Но нет никого: ни гражданских, ни военных. Впечатление сложилось такое, будто хозяева минуту назад вышли. И исчезли. Ребята терпение потеряли…

— Дальше, капрал, дальше!

— Зашли в несколько домов. На всякий случай с мечами наголо. Внутри тоже никого. На ночь разместились в большом здании на площади. Я засаду у входа организовал — вдруг кто-нибудь из туземцев ночью вернется!

— Насколько я понимаю, никто не пришел?

— Так точно, четвертьабмирал. Глаз не смыкали. Не до того было. Хотел я Дюжину в лагерь вернуть, но приказ есть приказ: не пристало «ночным рыцарям» с пустыми лапами возвращаться, садковая ржа побери! Подождали до вечера. Вижу, толку никакого. Скомандовал отходить, плесень на хвост! Подходим к биваку, Ящер-Прародитель, что за чудеса?! Лагеря нет, а на его месте — лес!

— Это не лес. Просто трава с норовом попалась… Что еще заметили?

— Ночью жуткое видение было. Наяву, но как во сне. Дымка радужная, расплывается по краям, прямо перед глазами аппараты здоровущие, вовек таких не видывал! Аппараты эти вроде как пустотелые, и рядом с ними твари с одной парой верхних конечностей, плесень на хвост!

— А ты не обратил внимание, на лапах у тварей по три пальца, как у нас?

— Не знаю, не до арифметики было. Во всяком случае, не было у них межпальцевой перепонки, паучья сыть, и смотреть на такое безобразие тошно! Ребята подтвердят, садковая ржа…

— Короче, капрал! — нетерпеливо перебил четвертьабмирал. Керк О ничего не имел против сочных выражений из фольклора «ночных рыцарей», но капрал явно злоупотреблял временем старшего офицера.

— Потом собралось великое множество этих тварей. Были бы у них мечи или на худой конец пики, тогда было бы все понятно. А так не знаю… Унг Тольд сказал, местные хотят нас испугать, плесень на хвост, и прямо в головах у нас себя показывают…

Керк О ухватился за первое произнесенное капралом имя:

— Унг Тольда сюда!

Унг Тольд оказался невзрачным субъектом субтильного телосложения. Непонятно, как такие попадают в «ночные рыцари»…

— Прошлой ночью ты говорил своим товарищам по разведке, будто местные жители в головы к вам заглядывали. Объясни, как дошел ты до мысли такой?

Унг Тольд мучительно перекатывал язык в подчелюстном мешке, мелко подрагивал куцым хвостиком и жалобно глядел в сторону капрала, словно хотел глазами сказать: зачем на бедного рептилия напраслину возвели?..

— Отвечай!

— Отвечай, недоумок, когда тебя четвертьабмирал спрашивают! — заорал капрал и профессионально двинул подчиненному между ушей. Недоумок втянул голову и тихо сказал:

— Бить не надо.

— Мало я тебя, паучья сыть, за дурацкие стишата драил?! — зашелся капрал. Керк О раздраженно махнул в его сторону. Лязгнули челюсти — капрал захлопнул безгубую пасть. И даже сверху ее прикрыл межпальцевой перепонкой от избытка уважения к старшему по званию.