Читаем День гнева полностью

Да, планета была хороша — поистине лакомый кусочек! Скоро, очень скора она станет любимым местом отдыха детей расы Диалона! Будет много рабов, умелых и трудолюбивых, если судить по их жилищам и по их отношению к природе… Одно мучило четвертьабмирала — никаких попыток противодействия. Армада десантных баркасов плавно снижалась, не встречая сопротивления. Так не бывает. Так не должно быть по уставу. Если пятипалые умудрились отправить зонд в космос, по всем канонам полеты в атмосфере не должны вызывать у них проблем. А тут до самого горизонта никого, кроме птиц. Может быть, среди туземцев — междоусобица? Такое иногда бывало. Запустили зонд, кому-то это не понравилось — вот и передрались друг с другом. Заодно все летательные средства уничтожили. Тогда остается непонятным, почему на поверхности никаких следов разрушения?

Нет, не воевали между собой аборигены — слишком ухожена планета. Слишком приятно на ней жить.

Суша кончилась. Круто развернувшись над морем, командирский баркас зашуршал днищем по прибрежному песку. За пляжем поднимался пологий склон горы, на ступенчатых террасах которой среди тенистых деревьев ютились домики с разноцветными крышами. Правее горы, сразу же за лазурной бухтой, зеленели возделанные поля.

За командирским сел на песок, как большая железная бабочка, второй баркас. Потом еще один. И еще. Вскоре вся Стая приземлилась на поверхность чужой планеты.

— Слушай мой приказ! Баркасы перенести в поле, укрепить лагерь бруствером, окопаться и ждать дальнейших распоряжений!

Через два часа в центре покрытого шелковистой травой поля возник укрепленный со всех шести сторон правильного гексагона лагерь. По периметру была выкопана траншея полного профиля со стрелковыми ячейками Для лучников. В середине лагеря разместили баркасы, приспособив их под блиндажи, полевой лазарет, кухню и прочие надобности.

Керк О хозяйским глазом окинул расположение Стаи и остался доволен: часовые зорко и бдительно несли вахту, повара колдовали над котлами для умаявшихся стайеров, которые после перетягивания баркасов живописными группами лежали на траве. Их подчелюстные мешки дрожали от перенапряжения и голода. Несколько «ночных рыцарей» в открытую резались на самодельной ямочной доске в игральных моллюсков. «Знают, мерзавчики, не до них, и пользуются моментом, — ласково подумал Керк О, ухмыляясь. — Воздух свободы пьянит и заставляет нарушать устав…»

Какой-то молодец монотонно терзал струны, подражая нудному блюзу Ишторны, но подняться до вершин музыкального искусства колонии Империи ему мешал порок, аналогичный пороку Полного абмирала. «Коли женится, не следует ему врезать музыкальный замок в дверцу спальни супруги…» — машинально отметил про себя четвертьабмирал. Другой молодец примерял постромки ножен, приторочивая так и сяк. Третий центровал тонкие гибкие стрелы. Обычное зрелище бивачной жизни.

Звенела тишина. Пригревало солнышко. Все дышало спокойствием. Но кому, как не командиру, было известно, что спокойствие чужой земли обманчиво. Точь-в-точь как идеальная гладь Диалонского океана в преддверии цунами. Неровен час, опомнятся туземцы, тогда жди фронтальной атаки!

— Капрал! — подозвал четвертьабмирал одного из «ночных рыцарей». — Возьмите свою Дюжину и марш на разведку в городок! Без «языка» не возвращайтесь!

Незаметно наступил вечер. Теплый и ласковый. Разведка не вернулась. В лагере и его окрестностях было спокойно, но Керк О приказал утроить караулы. На всякий случай.

Спал он тревожно. Странные сны преследовали его. Главными действующими лицами в них были прямоходящие пятипалые: самцы и самки, взрослые и детеныши, веселые и грустные — одним словом, всякие и разные. Они делали непонятное. Прогуливались между громадными машинами, состоящими из каких-то блестящих полос, формировали желеобразных существ в светлых прозрачных бассейнах, причем, как это бывает только в сновидениях, Керку О было почему-то известно, что это именно существа, а не механизмы, собирались в огромные скопления под открытым небом, то ли решая невообразимо сложные задачи, то ли участвуя в загадочных состязаниях.

Все это было занимательно, но так не походило на привычный уклад жизни в Империи, что внушало безотчетную тревогу. Хорошо, что по заведенной по настоянию отца привычке Керк О на ночь ставил мыслеблокаду. Оттого и сон был какой-то нерезкий, расплывчатый…

Проснувшись, он полежал немного, собираясь с мыслями. Больше всего сон был похож на прочитанный в бытность кадетом фантастический рассказ. Похож не по фабуле или сюжету, а по воздействию на психику. Автора он не помнил, а название вспыхивало в мозгу — «Здесь могут водиться туземцы». Впервые четвертьабмирал задумался, а так ли важна миссия Империи? Но это длилось недолго, в блиндаж ворвался связист из Службы Внешнего Уха.

— Чертвертьабмирал! Только что передали с флагмана — к нам прибывает Главнокомандующий!

— Жди у блока связи. Я скоро буду.