Читаем Чужая птица полностью

Ирса заглянула в кладовку под лестницей проверить, не взял ли он с собой чемодан. Старый чемодан с оббитыми краями, доставшийся от сестры, когда та купила себе новый, стоял на месте. Зато небольшой черной дорожной сумки, принадлежавшей Ирсе, нигде не было видно. Она открыла шкаф, чтобы посмотреть, какую одежду он взял с собой. Черный костюм висел на вешалке, как и блейзер с кожаными заплатками на рукавах. Значит, на нем были джинсы и кожаный пиджак. Не хватало также пары черных футболок и кроссовок. Когда полицейские попросили у нее фото мужа, они сказали ей подумать, во что он мог быть одет, уходя из дому. Что же все-таки произошло? Где он сейчас и почему забрал с собой паспорт? От одежды Тобиаса исходил знакомый запах. Ирса прижала к лицу один из его свитеров и прикрыла глаза, погрузившись в родной аромат. Он внушал ей уверенность. Казалось, вот-вот раздастся шуршание шин на гравийной дорожке, муж вбежит в дом, обнимет ее и тут же все объяснит. Поддавшись сиюминутному импульсу, Ирса начала рыться в карманах его одежды. Может, найдется бумажка с незнакомым адресом или телефонным номером или чек из неизвестного ей места. Она и сама точно не знала, что ищет. Поиски успехом не увенчались. Еще до того как связаться с полицией, она обзвонила всех знакомых — безрезультатно. Никто ничего не знал. Инспектор Верн объяснила ей, что мужа разыскивают в рамках расследования смерти Сандры Хэгг. Лишь теперь Ирсе удалось это осознать. Сандра-Кассандра с ее под мальчика стриженными темными волосами и улыбкой, от которой все таяли. Эта девушка заворожила даже Ирсу. От нее невозможно было оторвать взгляда. И дело не только в улыбке, а в том, как она двигалась, в ее уверенности, чувственности и жизнерадостности. Конечно, Тобиас не мог не попасться на крючок. Все произошло прямо на глазах у Ирсы, и она была не в силах что-либо предпринять.

Ирса налила себе еще кофе. Простояв на плите все утро, он теперь сильно горчил. Она села за кухонный стол, но через мгновение снова вскочила — места себе не находила от беспокойства. Взяв кружку с кофе, она пошла в гостиную и стала рыться в коробке с фотографиями. Наконец нашла портрет Тобиаса. Этот снимок был сделан около года назад. Муж улыбался на камеру, обнажив золотую коронку. Фотография всегда казалась ей озорной, даже дерзкой. При виде снимка тревога снова нахлынула на нее — будто удар под дых. Где ты, Тобиас? Ирса бросила снимок в сторону, не в силах больше смотреть на лицо мужа.

Монитор и клавиатура остались на месте — вот почему она не сразу заметила пропажу компьютера. Вдруг в памяти всплыла картинка. На прошлой неделе, когда она зашла в комнату точно так же, как сейчас, сидевший за компьютером Тобиас поспешно свернул одно окно и сразу открыл другое. Она снова вышла из кабинета и резко вернулась обратно — история повторилась. «Кому ты пишешь?» — спросила она тогда, а муж ушел от ответа и промямлил что-то про работу и засекреченную информацию.

Сандра Хэгг. Они познакомились дома у сестры Тобиаса. Эбба пригласила коллег из больницы Висбю к себе на праздник по случаю сорокалетия. Ирса помогала ей организовать стол. Сестра Тобиаса не отличалась умением стряпать и решила заказать угощение в кейтеринговой фирме, но Ирса вмешалась, настояв на том, что они справятся сами. Зачем переплачивать? Испечь пару сытных пирогов, выложить на блюдо мясную нарезку, сделать побольше салата — вот и все, что требуется.

Гости обсуждали тонкости работы медперсонала, рассказывали байки про физиологические отправления и прочие вещи, о которых люди вне медицины избегают говорить за столом. Но приглашенных тема нисколько не смущала. Сандра в красках поведала историю о пациенте, который помочился прямо в шкаф для стерильных материалов, а затем еще пометил территорию вокруг сестринского пункта. Она заливисто смеялась, и все вторили ее смеху. Тобиас высказал мнение, что пациент поступил весьма разумно и шведской фармацевтической индустрии у него бы поучиться. Ей давно пора пометить территорию ради своего же выживания, вместо того чтобы продавать уникальные технологии за границу. Вскоре разговор, начавшийся с обсуждения мочи и испражнений, сделался до того умным, что поддерживать его смогли только Тобиас да Сандра. Им было что сказать, а все вокруг внимательно слушали, хотя понимали далеко не все слова. Упоминалось, в частности, производство вакцины, а также рандомизация, ратификация и мировые патенты.

Ирса быстро устала от малопонятной беседы и отправилась на кухню помогать Эббе. «Кто эта темноволосая девушка, с которой Тобиас так разговорился?» — спросила она золовку. Та, дабы успокоить нервы перед приходом гостей, перебрала вина, и теперь вещала замогильным голосом:

— Это Кассандра, которой Аполлон даровал способность заглядывать в будущее. В обмен он потребовал от нее разделить с ним ложе. Она приняла прорицательский дар, но ответить на любовь златокудрого бога отказалась, за что и навлекла на себя его гнев. Аполлон наложил на нее ужасное проклятие. — Эбба сделала театральную паузу, чтобы нагнать таинственности.