Читаем Бытие полностью

Готовность Авраама принести в жертву Исаака; Вследствие его Послушания, Благословение Божие дано ему, его семени и всем народам.

Был тихий вечер и жара спадала.

Окончив труд дневной,

был Авраам в шатре. Там отдыхал он,

молился, собираясь на покой.

И тут Господь призвал его к ответу.

Сказал: "Возьми ты сына своего,

того, что любишь более всего,

кого тебе милей на свете нету,

и приведи его

на гору, укажу Я на какую,

и в жертву принеси".

Господь умолк, а Авраам тоскуя,

всю ночь рыдал, метался и грустил,

но верил в сердце милости Господней:

"На склоне лет Он сына дал родить

и сможет Исаака воскресить,

и будет сын счастливей и свободней

со мной и Саррой жить".

А утром Авраам пошёл из дома

и заготовил дров.

И усмотреньем Божиим ведомый,

он в скорбный путь отправиться готов.

И вот он с Исааком на дороге.

Во вьюке Авраама острый нож,

а сын его беспечен и пригож.

И в юном сердце нет ещё тревоги,

не пробирает дрожь.

И вот уж третий день бесплодной степью

они идут к горе:

два отрока, Исаак – короткой цепью

и Авраам на стареньком осле.

И бесконечной кажется дорога,

и донимают жажда и жара,

но вот она – вершина Мориа.1

На сердце Авраамовом тревога:

"Дошли. Пришла пора".

И Авраам дрова для всесожженья

на сына возложив,

с ножом в руке, исполненный смиренья,

отправился наверх, ни мёртв, ни жив.

С ним сын его, послушный отчей воле,

ещё не сознающий до конца

терзаний, что в душе его отца,

тревоги о его сыновней доле

в преддверии конца.

Шли без дороги склоном каменистым.

Прошли крутой откос.

Тут Исаак, в недоуменье чистом,

задал отцу единственный вопрос:

"У нас есть нож, огонь и дров довольно,

но агнца нам для всесожженья нет.

Где взять его? Ты можешь дать совет?"

И сердце отчее пронзило болью.

Отец сказал в ответ:

"Господь наш агнца Сам себе усмотрит ".

И далее пошли.

Взошли на гору. Огляделись. Вскоре

там  место подходящее нашли.

И Авраам свой жертвенник поставил,

дрова на нём порядком уложил

и к сыну Исааку подступил.

Связал его по чину древних правил

и горестно застыл.

И прошептал в последнее мгновенье:

"Я верую, Господь!

Прости мои терзанья и сомненья".

И поднял нож, чтоб сына заколоть.

Но тут раздался с неба голос Бога:

"Остановись! Послушай, Авраам!

Для жертвы Я другую душу дам,

а отрока оставь, его не трогай!

Гляди – увидишь сам!"

Авраам приносит в жертву Исаака

И видит Авраам, рогами овен

запутался в кустах.

И мысль мелькнула: "Боже, я виновен –

Сомнения во мне посеял страх!"

Он овна взял, принёс во всесожженье:

послал он Богу это существо,

взамен родного сына своего.

И в их сердцах  сияло восхищенье

Создателем всего.

И месту имя Иегова-ире2

Тут Авраам нарёк.

Его и ныне поминают в мире,

как веры  Богу памятный урок.

И в это время снова к Аврааму

воззвал Господень Ангел с высоты

и клятву несказанной красоты

от Божьего лица передал прямо

пророку чистоты:

"Ты доказал Мне преданность и веру

деянием твоим.

Твоя любовь ко Мне не знает меры –

ведь сыном ты пожертвовал своим!

И вот я вновь тебя благословляю,

и семя так умножу Я твоё,

как звёзд на небе праздничном моём,

что землю ночью мирно освещают

в величии её.

Твои потомки будут городами

Врагов своих владеть.

Дано им будет долгими веками

все беды на пути преодолеть.

И в семени твоём благословятся

несметные народы всей земли

за то, что с Исааком вы смогли

Божественному Гласу подчиняться,

вершить, что Бог велит".

Потом с крутой горы они спустились –

Спасённый сын с отцом.

В Вирсавию все вместе воротились,

на жизнь благословённые Творцом.

И стали жить в шатрах своих, как прежде:

Рабы, колодцы, пастбища и скот –

У Авраама множество забот.

В трудах земных, тревогах и надежде

идёт за годом год.

******************************************

Примечание:

1. Мориа – «Усмотрение Иеговы» (евр.). В контексте – земля

Божественного усмотрения;

2. Господь видит – (евр.).

Бытие. Глава 21

Смерть Сарры; Авраам покупает для погребения её пещеру Махпелу в Хевроне.

Сто двадцать семь – вот лета жизни Сарры.

И жизнь её прошла.

Прожив достойно, мудрою и старой

она в Хевроне тихо умерла.

В той самой вековой дубовой роще,

что насадил при Мамре Авраам,

в своём шатре, что муж поставил сам.

Ей было здесь спокойнее и проще,

чем с Авраамом там.

И он пришёл в Хеврон проститься с нею.

Рыдал он над женой,

над верною подругою своею,

заботливой, любимой и родной.

И к Хетовым сынам он обратился:

"Я здесь пришелец, поселенец я,

и ныне умерла жена моя.

На ваших землях я с женой простился

и вас прошу, друзья,

продайте место для жены покойной,

чтоб схоронить её.

Чтоб в тишине, в гробу своём спокойно

покоилось сокровище моё".

Но Хетские князья сказали прямо:

"Средь нас ты господин, могучий князь

и с Богом нам твоя известна связь".

И место предложили Аврааму,

к нужде его склонясь.

И Авраам тем людям поклонился

и тихо им сказал:

"Вы за меня Ефрона попросите,

чтоб мне пещеру Махпелу продал".

Ефрон, сидевший тут же, меж гостями,

сказал ему: "Дарю её тебе.

Я буду только рад такой судьбе –

пусть будет знаком дружбы  между нами

подарок мой тебе".