Так он и жил и все его устраивало, пока однажды он не встретил весной прекрасную девушку с печальными глазами, которая несла в руках ужасные желтые цветы. Эти цветы сильно выделялись на ее черном пальто и потому так запомнились. Едва заговорив с ней, он понял, что всегда любил эту женщину, а она любила его. Они начали встречаться, она бывала в его доме каждый день. Когда роман был готов, редактор отказался его печатать. Но другой редактор опубликовал большую часть из этого романа и началась небывалая травля, критика произведения, связанная с упоминанием об Иисусе Христе, когда всем известно, что это все выдумки.

Оказалось, что после завершения романа о Понтии Пилате, молодым людям стало скучно друг с другом, они стали видеться реже, она часто гуляла, а у него появился друг, хотя он крайне туго сходится с людьми. Друга звали Алоизий Могарыч. И он был очень умен, но совершенно не понравился его девушке. Постепенно сам Мастер понял, что заболевает, его начали мучать страхи и кошмары, видения, он не засыпал без света. В конце концов, однажды он сжигает в печи свой роман. Но неожиданно является его возлюбленная, которая достает из печи полусгоревшие листы с тем, чтобы их потом восстановить.

Девушка собирается оставить своего мужа ради Мастера, обещает с супругом утром объясниться и навсегда поселиться с возлюбленным. Но с тех пор Мастер ее больше не видел. Потом он оказался в сумасшедшем доме.

Глава 14. Слава петуху!

Финдиректор Римский спрятался от всех в своем кабинете. На улице улюлюкала толпа, слышались милицейские сирены и хохот прохожих. Оказалось, что на мостовой были две женщины в одном нижнем белье и с зонтиками в руках – их платья исчезли, поскольку все фокусы, показанные странными и безобразными артистами были обманом.

Нервы Римского были на взводе и в момент, когда он остался совершенно один в театре, собираясь идти домой, неожиданно дверь своим ключом открыл Варенуха. Радость от того, что хоть кто-то нашелся, быстро сменилась подозрением в подвохе. Потом полным неверием ни единому слову администратора и уверенностью в том, что тот изменился до неузнаваемости. В конце концов, обман был раскрыт и это действительно был не Варенуха. Кроме того, началось невообразимое: в форточку к нему пыталась пробраться голая рыжая девица, издававшая нечленораздельные звуки, с трупными пятнами по всему телу и зеленым цветом кожи. Она все приближалась к Римскому, и когда практически уже его достала, раздался спасительный крик петуха. Это его и спасло. Оба призрака покинули кабинет финдиректора.

Совершенно седой, он выбежал на улицу и на такси помчался на вокзал, чтобы успеть на курьерский ленинградский поезд.

Глава 15. Сон Никанора Ивановича

Никанор Иванович Босой после обвинения в хранении валюты дома, был доставлен для разбирательства в какое-то место, какое он точно сам назвать не мог. Там с ним пытались поговорить, но безуспешно, он нес какую-то чушь и был буйным, ему везде Коровьев мерещился.

Потом его доставили к профессору Стравинскому в психушку. Там он вел себя настолько буйно, что ему сделали укол и он заснул. Сон его был беспокойным и все время снились кошмары про то, что от него требовали сдать валюту. А он пытался всем доказать, что никакой валюты у него нет.

Он кричал и стонал во сне, пока фельдчерица Прасковья Федоровна не сделала ему успокоительный укол. Наконец, он заснул. Но его переживания разлетелись по всей больнице и навестили пациента в 120-й комнате, который пытался найти свою голову (конферансье, у которого Фагот и кот Бегемот в Варьете на потеху публики оторвали голову), тревожно стало в 118-й комнате неизвестному Мастеру, а от него тревога по балкону пробралась к Ивану, который проснулся и заплакал.

Но врач быстро всех успокоил. Последним угомонился Иван и ему начал сниться сон о казни.

Глава 16. Казнь

Лысая гора была оцеплена двойным оцеплением и солнце постепенно клонилось к закату. В сопровождении колонны из пехоты и кавалерии, кентурионов и военачальников, глашатаев и огромной людской толпы, пленники и их палачи взобрались на Лысую гору.

Солнце безжалостно припекало, жара стояла невыносимая и толпа, решив, что в самой казни нет ничего интересного, отправилась обратно в Ершалаим готовиться к пасхе.

Единственным человеком оставшимся под палящим зноем на Лысой горе оказался Левий Матвей. Сначала он пытался пробраться поближе к приговоренным разбойникам, но его грубо оттолкнули и ему ничего не оставалось, как примириться с тем, что наблюдать казнь издалека. Сильнейшие душевные переживания переполняли его душу. Он жестоко ругал себя за то, что позволил Иешуа одному идти в Ершалаим и чувствовал теперь себя виновным в том, что произошло.