Читаем Булгаков за 30 минут полностью

Левий Матвей умолял Бога послать для друга скорейшую смерть, чтобы тот не мучался долго. Собирался даже сам убить Иешуа, только чтобы его не подвергали пыткам. Но спасительной смерти для друга так и не наступало и тогда горячий Левий Матвей начал проклинать Бога, заявлять, что больше не верит ему, раз он никак не может помочь Иешуа. Так он кричал и горячился, пока внезапно не почувствовал холодок и не понял, что приближается сильная гроза.

Гестас на своем столбе быстро сошел с ума и пел какую-то не понятную песенку про виноград. Дисмас был в сознании, все понимал и ему было тяжелее всех. Иешуа был счастлив от того, что почти сразу провалился в забытье. К ним поочередно подходил палач со смоченной в воде губкой на краю копья, предлагая напиться. Преступники пили и после этого их убивали. Но Иешуа только немного ранили, а не убили. Разразилась страшная гроза и солдаты кинулись прочь с Лысой горы обратно в Ершалаим. В это время Левий Матвей добрался до распятых и перерезал на них веревки. Тела Гестаса и Дисмаса так и остались там, а тело Иешуа он забрал с собой.

Глава 17. Беспокойный день

На следующий день после сеанса черной магии в Варьете, около его стен скопилась многотысячная очередь из желающих попасть на представление о котором ходили самые разнообразные небылицы. После загадочного исчезновения всего руководства, за главного остался скромный бухгалтер Василий Степанович Ласточкин.

В самом варьете творился форменный дурдом, никто не знал куда подевались Римский, Лиходеев и Варенуха и найти их нигде не могли. Мало того, никто толком не мог вспомнить, что за артисты выступали, как их зовут, кто они и где контракт с ними. Приехала милиция, затем и следствие с собакой. Но разобраться с тем, что же произошло не смогли и они. Варьете было временно закрыто и в нем оставили только дежурных.

А бухгалтеру следовало съездить в комиссию зрелищ и увеселений облегченного типа для того, чтобы предоставить им доклад о событиях вчерашнего вечера и отвезти выручку за прошедший вечер в размере 21711 рублей в финзрелищный сектор.

Явившись в эту самую комиссию, Ласточкин застает там ужасный хаос, все бегают, плачут и суетятся. Вызвано это было тем, что от председателя комиссии – Прохора Петровича остался лишь один пиджак, котопый самостоятельно сидел у себя за столом и работал. Голос председателя тоже раздавался, но ни головы, ни шеи видно не было.

В финзрелищном секторе тоже царил какой-то кошмар: весь филиал дружно пел песни. Причем, хотели они этого или нет, их рты сами раскрывались в песне. Допев одну песню, принимались за следующую. Явился врач и милиционер. Первый всем давал валерьянку, но она не помогала и через 10 минут дружное пение снова начиналось. Приехали три грузовика и в них погрузили весь коллектив филиала вместе с заведующим. Едва выехав за ворота все три грузовика разразились дружной песней и поехали в клинику профессора Стравинского.

Желая избавиться поскорее от казенных денег, бухгалтер подошел к одному из окошечек принимающей кассы. Заполнил необходимую бумажку и заглянул в газету, куда были завернуты деньги. К своему ужасу и удивлению он увидел, что там разнообразная валюта. Его сразу арестовали.

Глава 18. Неудачливые визитеры

В Москву на похороны племянника приезжает дядя Берлиоза – Максимилиан Андреевич Поплавский, который считался одним из умнейших людей в Киеве. Он получил странную телеграмму, в которой его племянник как-бы приглашал дядю на собственные похороны. И несмотря на то, что племянника было очень жаль, гораздо больше дядю интересовала квартира последнего, ведь ему давно хотелось перебраться из Киева в Москву.

Поплавский решил во что бы то ни стало прописаться для начала в квартире погибшего племянника. Для этого он отправляется к председателю жилищного кооператива, но не застает его, конечно. Самостоятельно поднимается в злополучную квартиру № 50 на улице Садовой, где ему не понятно кто открывает дверь и в самой квартире никого, кроме огромного жирного черного кота нет. Но вскоре там появляется вся шайка разбойников, включая Коровьева и рыжего плечистого с выпирающим зубом. Они бьют дядю Берлиоза, выгоняют из квартиры и велят даже не мечтать о ней.

Точно так же они спроваживают буфетчика Фокина, предсказывая тому гибель через девять месяцев. В ужасе он бежит к профессору Кузьмину, который не обнаруживает никаких признаков страшного заболевания. Но фантасмагория начинается у самого профессора. Он едва не сходит с ума.

Глава 19. Маргарита

Возлюбленную Мастера звали Маргарита Николаевна, она красива и умна. Замужем за богатым, красивым и добрым человеком, который ее очень любит. Детей нет. Сама же она так же искренне любит Мастера. Они живут с мужем на верхнем этаже прекрасного особняка. Но счастливой она себя не ощущает, ей не нужен никто, кроме Мастера.

Перейти на страницу:

Все книги серии Классики за 30 минут

Похожие книги

Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги
Слово о полку Игореве
Слово о полку Игореве

Исследование выдающегося историка Древней Руси А. А. Зимина содержит оригинальную, отличную от общепризнанной, концепцию происхождения и времени создания «Слова о полку Игореве». В книге содержится ценный материал о соотношении текста «Слова» с русскими летописями, историческими повестями XV–XVI вв., неординарные решения ряда проблем «слововедения», а также обстоятельный обзор оценок «Слова» в русской и зарубежной науке XIX–XX вв.Не ознакомившись в полной мере с аргументацией А. А. Зимина, несомненно самого основательного из числа «скептиков», мы не можем продолжать изучение «Слова», в частности проблем его атрибуции и времени создания.Книга рассчитана не только на специалистов по древнерусской литературе, но и на всех, интересующихся спорными проблемами возникновения «Слова».

Александр Александрович Зимин

Литературоведение / Научная литература / Древнерусская литература / Прочая старинная литература / Прочая научная литература / Древние книги