Райану (который голосовал против) тяжелее, чем обычно, встречаться со мной взглядом. Виктор напряженно смотрит на меня. «Я готов убить за эту волну».

Я перевожу взгляд на Микки. «В этом Племени есть что-то странное», – думаю я.

Она определенно погрязла с головой. Она окружена сильными и напористыми личностями – Скай, Виктор, Клемент, – их больше, и они сильнее ее. Я должна ей помочь.

Скай смотрит на меня так, словно понимает, какая внутренняя борьба идет во мне.

– Да. Я принимаю приглашение, – объявляю я.

Когда я вижу ее расчетливый взгляд, направленный на меня, у меня по рукам пробегают мурашки.

<p>Глава 26</p>

Кенна

Когда я просыпаюсь, еще темно. Неровная земля впивается мне в спину, брезент, из которого сшита палатка, пахнет плесенью, и этот запах напоминает мне о том, где я нахожусь. Я ощупью пытаюсь найти телефон, осталось только четыре процента заряда. Я проверяю время. Половина пятого. Чертова разница во времени, я так еще и не перешла на местное. Я закрываю глаза и пытаюсь силой воли заставить себя заснуть.

Шипящий звук. Похоже, кто-то рукой провел по брезенту. Я резко открываю глаза. Кто-то находится рядом с палаткой. Этот человек очень медленно расстегивает молнию, чтобы открыть полу. Я принимаю сидячее положение, моргаю, глядя в темноту.

– Ш-ш-ш! Это я! – звучит очень тихий шепот.

– Кто? – шепотом спрашиваю я.

– Ш-ш-ш! Клемент. Пошли.

Я очень тихо выскальзываю из спального мешка. Что, ради всего святого, ему могло потребоваться? На мне только футболка и трусы. Я ощупываю пространство вокруг в поисках шорт, которые были на мне вчера, натягиваю их и босиком выползаю из палатки.

Клемент ждет у приоткрытой полы, его силуэт едва виден.

– Пошли, – повторяет он.

Я слишком сонная, чтобы спорить, и иду за ним. Вглядываюсь в темноту, чтобы увидеть, куда ставлю ноги, но деревья по большей части закрывают лунный свет, и я ничего не вижу. Где он?

Я вытягиваю руку вперед, щупаю воздух, затем вспоминаю, как он голосовал против меня. Живот сжимается от страха. Вероятно, последовать за ним было не самой лучшей мыслью, но теперь я точно потерялась и не смогу найти дорогу назад в палатку, если захочу.

– Я здесь! – шепчет он.

У меня нет выбора, кроме как опустить руку ему на спину и идти за ним. Я то и дело подворачиваю ноги. От его кожи даже сквозь тонкую футболку исходит жар. Мне кажется, эта тропинка ведет на пляж. Вероятно, он знает дорогу по памяти.

И снова разница во времени работает против меня. Вместо того чтобы проснуться, как вчера утром, когда у меня сна не было ни в одном глазу, мой мозг сейчас плохо соображает, а тело кажется тяжелым. Что-то впивается мне в пятку. Я жалею, что не обула сланцы. Раньше в Корнуолле я летом часто ходила босиком, но теперь, после многих месяцев жизни в городе, мои несчастные подошвы стали нежными.

Плеск волн становится громче. В конце тропы виден свет. Это полумесяц висит над океаном и кажется поразительно ярким после тени под деревьями. Песок под ногами холодный и шероховатый. Волны светятся, кажутся белыми от пены, когда опадают, и я сразу же понимаю, что кататься мы сегодня не будем, – они маленькие, они приходят к нашему берегу уже такими, схлопнувшись где-то вдали.

Когда я поворачиваюсь, Клемент смотрит на меня.

– Чего ты боишься, Кенна?

И снова возникает ощущение, что он преднамеренно пытается привести меня в замешательство.

– Зачем тебе это знать?

– Потому что твои страхи – это наши страхи. – Говоря это, Клемент рисует в воздухе кавычки. – Что бы это ни было, Скай докопается.

– Если я тебе скажу, откуда мне знать, что ты не передашь это ей?

– Ты не можешь это знать.

Я задаю ему тот же вопрос:

– А ты чего боишься?

Клемент смотрит на меня раздраженно.

– Лошадей.

Я с трудом сдерживаю смех.

Он смотрит на меня еще более раздраженно.

– Дело в их зубах.

Я стараюсь убрать улыбку с лица.

– Чего еще?

Он колеблется.

– Боюсь ослепнуть.

Он не отпускает мой взгляд, и я чувствую, что это правда. Интимность этого признания поражает меня. Я видела, как он катается на волнах, как отжимается и подтягивается. Можно было бы посчитать его неуязвимым, судя по всему этому! Да он на скалу залез без страховки с вывихнутым пальцем! И вот он здесь признается в глубинном страхе.

– Среди всего прочего, – добавляет он. – А ты?

– Я тебе не скажу.

Он снова раздраженно вздыхает.

– Скай вынюхивает у всех их слабости, так что будь готова к этому.

– Она тебе не нравится?

Он хмурится.

– Нет, она мне нравится. Но тут произошло кое-что нехорошее. Пошли.

Я иду за Клементом к кромке воды. Луна освещает его профиль, когда он изучающе осматривает океан.

Он поворачивается ко мне лицом.

– Сколько времени ты можешь задерживать дыхание?

У него за плечом блестит вода, черная, как чернила. Внезапно до меня доходит, как здесь пустынно. Если я закричу, то волны и ветер заглушат звук до того, как он успеет долететь до остальных. Я стараюсь отделаться от образов: он хватает меня и толкает под воду.

– Зачем тебе это знать?

– Это одно из испытаний во время инициации.