Читаем Бухта Скорби полностью

На берег накатывает волна. Вода плещется вокруг наших лодыжек, ее температура на несколько градусов ниже температуры человеческого тела. Я смотрю на лицо Клемента, ищу подсказку – какие у него намерения? Но, судя по его взглядам в сторону деревьев, я понимаю, что на самом деле он хочет только, чтобы нас не потревожили. Прямо сейчас у меня от разговора с ним мурашки бегут по телу, мне страшно, но я очень стараюсь этого не показать.

– Зачем она нужна? – интересуюсь я.

– Это идея Скай. Мы – Племя, поэтому мы не хотим слабаков в наших рядах, потому что они тянут все Племя вниз. Она будет тебя проверять сегодня.

Мы стоим на расстоянии вытянутой руки, то и дело отмахиваемся от комаров.

– Может, две минуты, – наконец говорю я.

Клемент смотрит на меня скептически.

– Я работала над задержкой дыхания. – Только я не уверена, следует ему это говорить или не следует.

– В бассейне?

– Да.

Когда работаешь со спортсменами, нужно быть в курсе всех последних техник тренировок. Не знаешь – будешь выглядеть дурой, если не понимаешь, о чем они говорят. В таком случае они больше не станут тебе верить как физиотерапевту. Я также занимаюсь всеми этими техниками, потому что это интересно мне самой. Еще до того, как это вошло в моду, серферы, катающиеся на больших волнах, учились контролю дыхания, проводили специальные тренировки, чтобы подготовиться к длительному пребыванию под водой после падения с волны. Теперь этим занимаются все: этому учат во время занятий йогой, этому обучаются деловые люди и даже школьники. Касим, Микки и я вместе прошли соответствующий курс – только его это не спасло.

– Когда волны бросают тебя из стороны в сторону – это совсем другое дело, не сравнить с бассейном, – замечает Клемент.

– Это я понимаю. Что включает испытание?

– Не знаю. Каждый раз все по-новому. Но тебя доведут до самой грани твоих возможностей.

– Если ты не хочешь, чтобы я оставалась здесь, почему ты мне это рассказываешь?

Клемент не отвечает. Иногда он смотрит на меня так, что меня это пугает, – на самом деле он смотрит так, словно видит не меня, а кого-то другого.

Я скрещиваю руки на груди.

– Пока ты мне не объяснишь, я ничего не буду делать.

Он издает звук, напоминающий шипение, – он раздражен.

– Последняя девушка, которая участвовала в испытаниях, запаниковала.

У меня в животе все сжимается. Сцена, которая появляется у меня в сознании, безобразна. Кто была последняя девушка? Они же говорили мне, что никого больше не было.

– Я не хочу, чтобы это повторилось, – объясняет Клемент. – Поэтому тебе нужно потренироваться.

– Хорошо! – Я обижаюсь на Микки за то, что не предупредила меня об испытаниях. Они совершенно точно ее чем-то держат.

Клемент показывает мне несколько разминочных упражнений, похожих на те, которые мы делали по время курса по обучению контролю дыхания: два раза выдохнуть, причем выдохи должны быть такими же долгими, как вдохи; три долгих вдоха, затем задержка дыхания. Когда он выдыхает, воздух вылетает у него между зубов со свистом. Я копирую его действия.

Он снова смотрит в сторону деревьев, затем идет в воду, но туда, где мелко. Я с опаской следую за ним.

– Теперь давай под воду, – велит он.

Он тащится от этого? Ведь в мире живет немало больных людей. Я изучающе смотрю на его лицо, но вижу только сильное нежелание заниматься здесь со мной, поэтому я делаю вдох и ныряю под поверхность, на дне усаживаюсь, скрестив ноги. Уши закладывает, они наполняются водой. Из ноздрей вверх бегут маленькие пузырьки, щекочут мне лоб. Волны нежно качают меня, проходя у меня над головой. Я мысленно считаю секунды.

Я погрузилась совсем неглубоко и нахожусь фактически под самой поверхностью, но здесь очень темно, и я ничего не вижу. Клемент в любой момент может опустить руки мне на плечи, я почти жду этого.

Когда я всплываю на поверхность, хватая ртом воздух, он стоит, скрестив руки.

– Одна минута двадцать секунд, – объявляет он.

Судя по его лицу, этого недостаточно. Но секунда по ощущениям воспринимается как две, когда задерживаешь дыхание. Я помню это из того же курса.

– Снова, – приказывает Клемент.

Я делаю еще одну попытку, получается на двадцать секунд дольше.

– А теперь я буду руками удерживать тебя под водой.

У меня перехватывает дыхание.

– Это как при больших волнах, – поясняет он. – Ты не можешь выбирать, когда всплывешь.

Я представляю, как хочу всплыть на поверхность, но не могу. Как, вероятно, пытался Касим.

– Нет.

– Я хочу тебе помочь! – Клемент опять раздраженно смотрит на меня. – Давай я сделаю это первым, хорошо?

Он снимает футболку, скатывает ее в шар и бросает на берег.

– Что? Мне удерживать тебя под водой?

– Да.

У него вздымается грудь и поднимаются плечи, когда он вдыхает воздух.

– Как я узнаю, что ты хочешь всплыть?

– Я буду подниматься, а ты не давай мне этого сделать. Мы всегда можем задерживать дыхание дольше, чем думаем.