— Четвертая экспедиция, как и три предыдущие, планировалась инопланетянами без нашего участия. Галактический Союз уже более тысячи лет решает все вопросы без применения силовых методов. Они забыли о войнах и о самом существовании военных. Мне кажется, что при неудаче четвертой миссии были бы посланы еще сотня-другая экспедиций, и никому бы даже в голову не пришло выдать им оружие. Но этот подход изменило одно событие. Начальником четвертой был назначен наш общий знакомый — профессор Торн. Проторчав несколько лет на Земле, он был не понаслышке знаком с возможностями вооруженных сил и сразу смекнул, что разбираться с проблемой Черной зоны намного безопаснее, когда задницу прикрывают опытные бойцы. Используя все свои связи, Торн добился от Совета Галактического Союза разрешения на включение в экспедицию «группы военной поддержки». А, по авторитетному мнению профессора, самыми лучшими экспертами в области военной поддержки являемся мы с вами, господа.

Произнося свою речь, Кристиан все время поглядывал на Строгова. Лейтенант внимательно слушал с холодным, ничего не выражающим лицом. Его карие глаза буравили майора пристальным оценивающим взглядом.

— Я ответил на первый вопрос. Перейдем ко второму. Почему мы должны это делать? — Жерес постарался позабыть о гипнозе Николая и состроил хитрую интригующую мину. — Хочу вас спросить: какие причины называть вначале, благородные или не очень?

Как ни странно, но первым на уловку майора клюнул старина Дюваль.

— Я старый солдат, уже иногда подумывающий о пенсии, поэтому мне не стыдно поинтересоваться о не очень благородных причинах нашего участия в игре.

Жерес понимающе кивнул:

— Каждый участник получит по шестьсот тысяч американских долларов. К груде денег также полагаются новые документы любой страны мира по выбору и новые отпечатки пальцев по желанию. Замечу, что все это далеко не лишнее. Особенно если учесть, что многие из нас совсем скоро встанут в очередь на бирже труда. В штабе я уже видел приказ на Манзони, Строгова, Фурье и Такера.

Дружный гул засвидетельствовал о том, что приманка проглочена. Каждого беспокоило его собственное будущее, в котором единственным светлым пятном маячила сумма, которую посулил майор.

— Не думаю, что теперь кто-либо поинтересуется другими причинами, — пошутил Кристиан, — поэтому я сам проинформирую вас о них. Своим участием мы попытаемся доказать, что человечество тоже кое на что способно и не грех открыть ему дорогу в Галактический Союз. Не мне вам говорить, что это значит для Земли. Используя мощь инопланетян, мы победим болезни, голод и нищету, а главное — получим доступ к звездам.

Жерес как истинный трагик сделал паузу перед главной частью:

— И последнее, то, что превращает в пыль все сказанное ранее. Черная зона стремительно расширяется и уже вплотную подобралась к Солнечной системе. Следующей может замолчать наша Земля. Эксперты считают это делом ближайшего будущего. Таким образом, мы не имеем права отказываться.

Ответом майору послужила гробовая тишина.

Глава 5

Кольви — унылый маленький городишко на северо-западном побережье Корсики. Его основными достопри мечательностями являются штаб Второго парашютно-десантного полка и невероятное количество разнокалиберных питейных заведений, в которых бравые десантники коротают время своих увольнительных за компанию с местными рыбаками. Как правило, хозяева подобных ресторанчиков предлагают своим клиентам довольно скромный ассортимент блюд, зато всегда готовы блеснуть широким выбором горячительных напитков. Под стать солдатам, на полках выстроились крепкий кубинский ром и терпкое французское вино, ароматное шотландское виски и веселящая русская водка…

Именно к дверям такого заведения по узенькой старой улочке приближались два завсегдатая. От их обычной легкой походки не осталось и следа. Переговариваясь вполголоса, приятели медленно и устало брели по пыльной мостовой. Если бы не офицерская форма, эту парочку можно было бы принять за безработных, плетущихся домой после безуспешных поисков пропитания.

Грабовский первым дотянулся до ручки и отворил дверь, пропуская вперед приятеля. Николай вошел в темное помещение и с ходу налетел на молоденькую официантку, которая обслуживала крайний столик. Он успел перехватить падающий поднос, но одна маленькая чашечка кофе, описав крутую дугу, выплеснула дымящуюся жидкость прямо на грудь лейтенанта. На светлом кителе в районе сердца медленно расплывалось бурое пятно. Ни Николай, ни Марк не слышали суматохи, вызванной этим крохотным инцидентом, они как завороженные стояли и смотрели на знак судьбы.

Первое, что увидел Строгов, когда очнулся, были огромные, как озера, голубые глаза Луизы. В них застыл страх вперемежку с отчаянием. Девушка стояла перед Николаем, переводя взгляд с его лица на запачканный мундир и обратно.

— Простите, мсье Николай, — наконец сумела прошептать она. — Я опять доставляю вам неприятности.

Вдруг, спохватившись, Луиза кинулась промокать бумажной салфеткой мундир и быстро-быстро затараторила: