Читаем Битва у рифов полностью

— Пальмира и Астра немного повздыхали, сетуя на то, что шторм для детей — страшная угроза. Потом мы вместе пообедали. После обеда Пальмира показала Астре свою коллекцию пуговиц и цепочек. Кстати, Астра работает в музее человеческого творчества, знает всё и про пуговицы, и про цепочки, а ещё про очки, кольца и прочее.

— А что делала Андромеда?

— Ничего не делала. Сидела здесь и смотрела на тебя. Она, я обратил на это внимание, очень интересная девочка. Просто красавица! Правда, от пережитых потрясений очень часто плачет, но это скоро пройдёт. В общем, мне очень понравилась твоя подружка.

— Она мне не подружка. Я с девчонками не дружу.

— Ну-ну, — задумчиво сказал дедушка, внимательно глядя на внука. — Тебе виднее. Как ты себя чувствуешь?

— Если честно, хочется позавтракать.

— Значит, ты в порядке. Плывём в гостиную?

— Да, дедушка. Я хочу спросить… вчера толком ничего здесь не рассмотрел…

— Это твоя комната, — объяснил Силвер. — Пока тут пусто, как видишь, но это даже хорошо. Обставишь комнату по своему вкусу. Я видел рядом на отмели такую блестящую штуковину — бочку. Попросим крабов и осьминогов, чтобы помогли нам её перетащить. Поставим вот в тот угол. Или вот в тот. Это тебе решать.

— Дедушка, а можно, я буду собирать банки из-под соков и крышки от бутылок?

— Конечно, можно. Собирай, комната у тебя большая. Я в этом доме раньше жил один, а когда ко мне в гости приплыли твои родители, я их убедил, что нам лучше жить вместе. Зачем зря тратить жемчужины? Места достаточно. Никто не остался в обиде — у каждого своя комната…

— У каждого?

— Да.

— Здорово!

— Конечно. Ладно, поплыли завтракать. А потом я покажу тебе все комнаты… и ещё кое-что…

При появлении Ориона в гостиной поднялся небольшой переполох. Все стали его обнимать, похлопывать по панцирю и гладить по голове.

— Успокоились? А теперь все к столу! — наконец сказала Пальмира. — Сегодня у нас праздничный завтрак!

Она убрала со стола большой зелёный зонт с поломанной ручкой и все увидели массу разноцветных бутербродов.

Завтракая, братья и сёстры стали наперебой делиться новостями и своими впечатлениями о Большой стране кораллов. Орион улыбался и старался ничего не упустить. Он хотел выслушать всех и со всеми ему хотелось перемолвиться хотя бы одним словом. Разве не ради этого он приплыл из Дальнего моря?

Наибольший интерес у него вызвали слова Самсона.

— Вчера вечером, — сказал тот, прожёвывая бутерброд, — у нас в гостях был тренер Морок. Он — каракатица. Хотел с тобой поговорить. Ты не передумал стать гонщиком?

— Не передумал, — ответил Орион.

— И я не передумал. Не то, что некоторые!

И Самсон покосился на Оксидия и Цезаря.

— Мы — интеллектуалы, — сказал Оксидий.

— Кто? — удивился Орион.

— Мы ходим в секцию игры в шашки, — пояснил Цезарь. — Помнишь, однажды на мелководье мы видели доску в клеточку? Мы тогда плыли…

— Я помню. Мы тогда плыли в течении номер тридцать три.

— Да. На таких досках играют в шашки. Очень интересно!

Самсон фыркнул и предложил Ориону:

— Давай сплаваем в спорт-атолл!

— Только вместе со мной, мальчики, — сказал дедушка Силвер. — И только после того, как я покажу Ориону наш дом.

Завтракая, Орион успел рассмотреть зал. Очень просторная комната совсем не походила на расщелину в рифе. Пол был ровным, стены тоже. Щели в стенах были слишком правильной формы, хоть и обросли синими губками и актиниями. (Это были иллюминаторы). Солнечный свет проникал в гостиную через большое отверстие правильной формы, а не из дыры. Что-то странное поднималось вверх к свету и волнам. (Это был внутренний трап, но Орион этого не знал).

— Ты удивлён? — спросил дедушка.

— Да, очень. Странный дом, — ответил Орион.

— Это потому, что мы находимся внутри плавучего дома людей, — пояснил дедушка. — Однажды давно во время шторма этот дом наскочил на риф и остался тут навсегда.

— Дом людей? — удивился Орион. — Вот это да! А они его у нас не отнимут?

— Вряд ли, внучек. О нём давным-давно все забыли. И его полностью поглотили кораллы. Ты позавтракал?

— Да. Спасибо, мама.

Пальмира кивнула головой.

— Спасибо, дочка, — сказал Силвер. — Орион, поплыли.

— А мне можно? — спросил Самсон.

— Да. Кто ещё желает?

— Мы уже всё тут видели, — ответил Оксидий.

Дедушка нахмурился и пробормотал:

— Не всё вы видели. Кое-что я держу в тайне.

Они поплыли осматривать дом. Слева и справа было много комнат. В одном из коридоров лежала чугунная пушка, присыпанная песком. Ориона она заинтересовала. Он долго плавал вокруг неё, прикасаясь к ней плавниками и заглядывая внутрь ствола. Дедушке такое внимание доставляло огромное удовольствие. Самсон повторял всё вслед за Орионом.

— А теперь я покажу вам кое-что очень интересное, — сказал дедушка внукам. — Это моя тайна! Никому не показывал, а вам покажу — вы мне нравитесь. Прежде давайте всплывём и подышим.

Затем они через дыру в полу одной из комнат проникли вниз в едва освещённый светом лабиринт.

— Плывите рядом со мной, — сказал Силвер, — тогда вы не заблудитесь. Дайте слово, что без меня вы не будете сюда нырять.

— Даю слово, — сказал Орион.

— Даю слово, — повторил Самсон.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шаг за шагом
Шаг за шагом

Федоров (Иннокентий Васильевич, 1836–1883) — поэт и беллетрист, писавший под псевдонимом Омулевского. Родился в Камчатке, учился в иркутской гимназии; выйдя из 6 класса. определился на службу, а в конце 50-х годов приехал в Петербург и поступил вольнослушателем на юридический факультет университета, где оставался около двух лет. В это время он и начал свою литературную деятельность — оригинальными переводными (преимущественно из Сырокомли) стихотворениями, которые печатались в «Искре», «Современнике» (1861), «Русском Слове», «Веке», «Женском Вестнике», особенно же в «Деле», а в позднейшие годы — в «Живописном Обозрении» и «Наблюдателе». Стихотворения Федорова, довольно изящные по технике, большей частью проникнуты той «гражданской скорбью», которая была одним из господствующих мотивов в нашей поэзии 60-х годов. Незадолго до его смерти они были собраны в довольно объемистый том, под заглавием: «Песни жизни» (СПб., 1883).Кроме стихотворений, Федорову, принадлежит несколько мелких рассказов и юмористически обличительных очерков, напечатанных преимущественно в «Искре», и большой роман «Шаг за шагом», напечатанный сначала в «Деле» (1870), а затем изданный особо, под заглавием: «Светлов, его взгляды, его жизнь и деятельность» (СПб., 1871). Этот роман, пользовавшийся одно время большой популярностью среди нашей молодежи, но скоро забытый, был одним из тех «программных» произведений беллетристики 60-х годов, которые посвящались идеальному изображению «новых людей» в их борьбе с старыми предрассудками и стремлении установить «разумный» строй жизни. Художественных достоинств в нем нет никаких: повествование растянуто и нередко прерывается утомительными рассуждениями теоретического характера; большая часть эпизодов искусственно подогнана под заранее надуманную программу. Несмотря на эти недостатки, роман находил восторженных читателей, которых подкупала несомненная искренность автора и благородство убеждений его идеального героя.Другой роман Федорова «Попытка — не шутка», остался неоконченным (напечатано только 3 главы в «Деле», 1873, Љ 1). Литературная деятельность не давала Федорову достаточных средств к жизни, а искать каких-нибудь других занятий, ради куска хлеба, он, по своим убеждениям, не мог и не хотел, почему вместе с семьей вынужден был терпеть постоянные лишения. Сборник его стихотворений не имел успеха, а второе издание «Светлова» не было дозволено цензурой. Случайные мелкие литературные работы едва спасали его от полной нищеты. Он умер от разрыва сердца 47 лет и похоронен на Волковском кладбище, в Санкт-Петербурге.Роман впервые был напечатан в 1870 г по названием «Светлов, его взгляды, характер и деятельность».

Иннокентий Васильевич Федоров-Омулевский , Павел Николаевич Сочнев , Эдуард Александрович Котелевский , Иннокентий Васильевич Омулевский , Андрей Рафаилович Мельников

Детская литература / Юмористические стихи, басни / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Современная проза