Читаем Битва у рифов полностью

— Хорошо… Вот здесь это интересное место…

Они подплыли к узкому проходу, за которым была полутёмная комната.

— Мой панцирь, — продолжил дедушка, — никогда не позволял мне попасть внутрь. А вы можете рассмотреть и потрогать вещи людей.

Юноши вплыли в комнату. У одной стены стоял большой сундук, окованный железом. Бока сундука прогнили, и множество золотых монет и драгоценных камней высыпалось наружу. В центре комнаты на полу лежали ржавые сабли, пара мушкетов, астролябия и кинжал с зелёными камнями в золотой рукояти. Перевёрнутый стол и стулья превратились в обломки, из-под них торчали серебряные кубки, тарелки и бутылки.

— Дайте мне что-нибудь, — сказал дедушка, просовывая в щель голову. — Я мечтаю подержать в плавниках хотя бы одну вещь людей.

Орион подцепил несколько монет. Самсон сделал то же самое, подцепив ещё и драгоценные камни.

— Наверх, наверх! — засуетился дедушка. — Аккуратнее, не уроните! Поплыли в мою комнату!

В его комнате внуки опустили монеты и камни на пол. Дедушка брал их, внимательно рассматривал и удивленно цокал языком. Похоже, он был на вершине счастья.

Рассмотрев всё, дедушка сказал:

— Спасибо, парни. Мы отлично провели время. А теперь поплыли к Мороку на смотрины.

— К обеду успеете вернуться? — спросила Пальмира, когда они подплыли к выходу из дома.

— Успеем, — заверил её Силвер.


*


Спорт-атолл находился не так уж и далеко. Он напоминал большую букву «С». Высокие и пологие стены рифа, на которых находились трибуны, поднимались до самых волн. Спортивное поле для мокрофутбола было покрыто зелёными низкорослыми губками. В центре поля лежал корпус иллюминатора. На воротах висели свежие бурые водоросли. Над полем плавали красные окуни из местной команды. Они пасовали друг другу ярко-жёлтую пемзу. Неподалёку от главного входа на трибуне сидела компания пожилых черепах.

— Привет, Силвер! — крикнул один из них. — Привёл внуков в секцию?

— А то! — ответил дедушка.

— Спортивное ориентирование или гонки?

— Гонки!

— Хорошее дело! Морок под дальней трибуной! Ты долго не задерживайся, возвращайся к нам! Посидим, пожуём водоросли, пощёлкаем мидии!

— Ладно! — согласился Силвер.

Тренера Морока черепахи нашли в раздевалке молодёжной секции гонщиков. Там же отдыхала группа черепах старшего возраста. На этих парнях Орион впервые увидел крутую амуницию: кепки-мичманки, цепочки с талисманами, браслеты.

Морок — крупная каракатица, посмотрел на Ориона и сказал:

— Я знаю, парень, твою историю. Если ты сумел вернуться домой, я уверен, из тебя получится выдающийся мастер по спортивному ориентированию.

— Я хочу стать гонщиком, — ответил Орион.

— Мне и это известно.

— Я тоже хочу стать гонщиком, — сказал Самсон.

— Это хорошо. Поступим так: через пару дней, когда у меня появится свободное время, пройдём по первой части «больших горок» — трассы для молодёжи. Если увижу, что вы подходите, начнём тренировки. Через два месяца, если увижу, что у вас всё будет получаться, разрешу участвовать в молодёжном первенстве. Если у вас дело не заладится, а это я сразу пойму, найдём вам другое занятие — морское спортивное ориентирование.

— Заладится, — с уверенностью сказал Самсон.

— Посмотрим. Ждите меня дома через пару дней, никуда не уплывайте.

— Да, тренер, — ответил Орион.

— Пока пообщайтесь с парнями из старшей молодёжной группы, рассмотрите атолл, а мы с дедушкой Силвером поговорим на серьёзную тему. Поплыли, дедушка. До меня донеслась оглушающая новость…

И взрослые выплыли из раздевалки.

— Привет! — обратился к братьям самый крупный молодой гонщик. — Я Корунд, брат Андромеды.

— Привет. Она мне про тебя рассказывала, — ответил Орион.

— Ты — молодец, — продолжил Корунд. — Наша семья тебя уважает. Я, правда, живу отдельно, но в курсе всех событий. Заплывай ко мне в гости, буду рад. Я живу в рифе у стартовой линии, рядом с океанским течением. Риф номер десять тринадцать.

— Хорошо, заплыву, — ответил Орион.

— Пока в гонках ты мне не конкурент, поэтому я покажу тебе пару каверзных приёмов, как выбить соперника с трассы.

Остальные гонщики не вмешивались в разговор своего заводилы с Орионом. При упоминании о запрещённых каверзных приёмах они посмотрели на новичка с нескрываемой завистью.

— Все мои братья и сёстры отправились путешествовать, когда родители поплыли в роддом, — продолжил Корунд. — А я хочу ещё раз выступить в молодёжных соревнованиях на «больших горках». Если опять стану чемпионом, без экзаменов перейду во взрослую группу. Обожаю взрослый «гигантский слалом»! Знаешь, где поворачивает эта трасса? У острова с маяком!

— Мы с Андромедой там были, — ответил Орион.

— Я знаю, что вы попутешествовали. Были даже в Дальнем море на песчаной банке с траулером. Это точно?

— Да.

— Солидно. Я даже не представляю, где это. Да, если тебя примут в секцию гонщиков, можешь занять трещину для хранения вещей рядом с моей. Вот здесь, за моим панцирем. Мой сосед тоже отправился путешествовать.

— Меня примут, и я её займу, — с уверенностью сказал Орион.

— И меня примут, — сказал Самсон.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шаг за шагом
Шаг за шагом

Федоров (Иннокентий Васильевич, 1836–1883) — поэт и беллетрист, писавший под псевдонимом Омулевского. Родился в Камчатке, учился в иркутской гимназии; выйдя из 6 класса. определился на службу, а в конце 50-х годов приехал в Петербург и поступил вольнослушателем на юридический факультет университета, где оставался около двух лет. В это время он и начал свою литературную деятельность — оригинальными переводными (преимущественно из Сырокомли) стихотворениями, которые печатались в «Искре», «Современнике» (1861), «Русском Слове», «Веке», «Женском Вестнике», особенно же в «Деле», а в позднейшие годы — в «Живописном Обозрении» и «Наблюдателе». Стихотворения Федорова, довольно изящные по технике, большей частью проникнуты той «гражданской скорбью», которая была одним из господствующих мотивов в нашей поэзии 60-х годов. Незадолго до его смерти они были собраны в довольно объемистый том, под заглавием: «Песни жизни» (СПб., 1883).Кроме стихотворений, Федорову, принадлежит несколько мелких рассказов и юмористически обличительных очерков, напечатанных преимущественно в «Искре», и большой роман «Шаг за шагом», напечатанный сначала в «Деле» (1870), а затем изданный особо, под заглавием: «Светлов, его взгляды, его жизнь и деятельность» (СПб., 1871). Этот роман, пользовавшийся одно время большой популярностью среди нашей молодежи, но скоро забытый, был одним из тех «программных» произведений беллетристики 60-х годов, которые посвящались идеальному изображению «новых людей» в их борьбе с старыми предрассудками и стремлении установить «разумный» строй жизни. Художественных достоинств в нем нет никаких: повествование растянуто и нередко прерывается утомительными рассуждениями теоретического характера; большая часть эпизодов искусственно подогнана под заранее надуманную программу. Несмотря на эти недостатки, роман находил восторженных читателей, которых подкупала несомненная искренность автора и благородство убеждений его идеального героя.Другой роман Федорова «Попытка — не шутка», остался неоконченным (напечатано только 3 главы в «Деле», 1873, Љ 1). Литературная деятельность не давала Федорову достаточных средств к жизни, а искать каких-нибудь других занятий, ради куска хлеба, он, по своим убеждениям, не мог и не хотел, почему вместе с семьей вынужден был терпеть постоянные лишения. Сборник его стихотворений не имел успеха, а второе издание «Светлова» не было дозволено цензурой. Случайные мелкие литературные работы едва спасали его от полной нищеты. Он умер от разрыва сердца 47 лет и похоронен на Волковском кладбище, в Санкт-Петербурге.Роман впервые был напечатан в 1870 г по названием «Светлов, его взгляды, характер и деятельность».

Иннокентий Васильевич Федоров-Омулевский , Павел Николаевич Сочнев , Эдуард Александрович Котелевский , Иннокентий Васильевич Омулевский , Андрей Рафаилович Мельников

Детская литература / Юмористические стихи, басни / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Современная проза