Читаем Битва у рифов полностью

— Похоже на то, — согласился Корунд, внимательно посмотрев на них. — Вы не дохляки, сразу видно. Орион, почему не заглядываешь к Андромеде в гости?

— Я с девчонками не дружу.

— Серьёзный ты парень, — с улыбкой сказал Корунд.

— Я тоже серьёзный, — сказал Самсон.

— Посмотрим, что будет дальше. Хотелось бы в вас не ошибиться. Если кто-нибудь в округе начнёт топорщить на вас плавники, можете сказать, что дружите со мной. Я беру вас под свою опеку. Постарайтесь сделать так, чтобы я об этом не пожалел.

— Мы поняли, — сказал Орион.

— Ну что, парни, поплыли к старту! Разомнёмся! — обратился Корунд к своим сверстникам.

Они гурьбой выплыли наружу. Раздевалка опустела.

— Поплыли к дедушке, — предложил Орион брату.

— Ага! — согласился тот. — Я запомнил, что Корунд живёт в рифе номер десять тринадцать. Ты понял, рядом с кем мы теперь должны держаться?

— Понял. Рядом с дедушкой, папой и Мороком.

Самсон удивлённо поднял брови.

Дедушка Силвер, Морок и пожилые черепахи о чём-то шумно спорили.

— Ладно, посмотрим, — сказал Силвер, когда внуки подплыли к нему. — Что зря драть глотки? Пора, внучата, домой, а то Пальмира будет беспокоиться. Всем доброго здравия!

— И вам не хворать! — ответил Морок. — Парни, я появлюсь у вас через два дня! Орион, хорошенько отдохни!

— Да, тренер.

— И ты, Самсон, не перенапрягайся.

— Да, тренер, постараюсь.

Даже отплыв от атолла на приличное расстояние, дедушка Силвер никак не мог успокоиться.

— Ну, надо же! Плавают слухи, будто на днях в нашей стране объявят перемирие! Так бывает только перед большими соревнованиями. Я говорю, что быть этого не может…

— Дедушка, что такое «перемирие»? — спросил Самсон.

— Это когда никто ни на кого не нападает. Даже криль может плавать спокойно. Три дня всеобщего голодания. Ничего сложного, зато какое зрелище!

— А водоросли есть можно?

— Водоросли можно… но если на них будет хоть одна икринка…

— Что тогда?

— Нарушителя сошлют на месяц, а может быть, и на год под белые льды. Холодное море приведёт в чувство кого угодно.

— Мы ничего не будем есть. Верно, брат?

— Да, — согласился Орион. — Дедушка, а где это Холодное море с белыми льдами?

— Далеко на юге. Я там не был, знаю по рассказам, что ничего хорошего в том море нет. Одно из холодных течений, перемешавшись с тёплой водой, доходит до нашей страны. Орион, ты согласен, что в прохладном противотечении неуютно?

— Да, дедушка. Ещё как неуютно!

— В Холодном море ещё хуже! Это море не для черепах.

— Понятно. А что такое «большие соревнования»?

— Да не может этого быть! Чепуха какая-то! Я в это не верю! Морок говорит, будто в нашем спорт-атолле состоится кубковый матч по мокрофутболу между тунцами и мраморными рыбами. Разве это возможно? Хотя наш стадион и соответствует всем нормам океанских правил, всё равно я в это не верю! И не я один! Многие черепахи не верят! Это ведь мировой уровень! Тунцы! Мраморы! Это вам не местные красные окуни! Окуней видели?

— Да, дедушка.

— Рифовая команда! Любители! Тунцы и мраморы намного круче! Мировой уровень! Это как киты по сравнению с крилем! Интересно, что узнал Дионий, плавая в Большом рифовом совете? Он у нас теперь уважаемый бизнесмен! В курсе всех событий. Похоже, всё идёт к тому, что его выберут главой Подветренных атоллов.


Глава пятая

ПЕРЕМИРИЕ


Утром через два дня перед домом дедушки Силвера появился тренер Морок.

— Хочу, как обещал, провести Ориона и Самсона по первой части «больших горок», — сказал он Дионию, который в это время плавал у входа в дом — делал зарядку.

— Дедушка Силвер ввёл меня в курс дела. Спасибо, тренер. У парней будет интересное занятие.

Сборы были короткими. Провожать кандидатов в юные гонщики выплыла вся семья.

Для того чтобы добраться до мощного океанского течения, мчащегося мимо страны кораллов, братья и их тренер преодолели внушительное расстояние.

Наконец они прибыли на стартовую площадку, с которой начинались и молодёжная, и взрослая трассы.

— Течение перед вами, — сказал Морок. — Вы находитесь на самом заветном для всех гонщиков-черепах месте. Впечатляет?

— Да, круто! — громко ответил Самсон, перекрывая гул стремительно несущейся воды.

Густые заросли водорослей в этом месте резко обрывались, а дальше было видно голое песчаное дно, нагромождение камней и массивных скал.

— Немного отдохните и подкрепитесь перед тренировкой, — посоветовал братьям Морок. — Только много не ешьте, а то будет тяжело маневрировать.

Вскоре братья были готовы ринуться в течение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шаг за шагом
Шаг за шагом

Федоров (Иннокентий Васильевич, 1836–1883) — поэт и беллетрист, писавший под псевдонимом Омулевского. Родился в Камчатке, учился в иркутской гимназии; выйдя из 6 класса. определился на службу, а в конце 50-х годов приехал в Петербург и поступил вольнослушателем на юридический факультет университета, где оставался около двух лет. В это время он и начал свою литературную деятельность — оригинальными переводными (преимущественно из Сырокомли) стихотворениями, которые печатались в «Искре», «Современнике» (1861), «Русском Слове», «Веке», «Женском Вестнике», особенно же в «Деле», а в позднейшие годы — в «Живописном Обозрении» и «Наблюдателе». Стихотворения Федорова, довольно изящные по технике, большей частью проникнуты той «гражданской скорбью», которая была одним из господствующих мотивов в нашей поэзии 60-х годов. Незадолго до его смерти они были собраны в довольно объемистый том, под заглавием: «Песни жизни» (СПб., 1883).Кроме стихотворений, Федорову, принадлежит несколько мелких рассказов и юмористически обличительных очерков, напечатанных преимущественно в «Искре», и большой роман «Шаг за шагом», напечатанный сначала в «Деле» (1870), а затем изданный особо, под заглавием: «Светлов, его взгляды, его жизнь и деятельность» (СПб., 1871). Этот роман, пользовавшийся одно время большой популярностью среди нашей молодежи, но скоро забытый, был одним из тех «программных» произведений беллетристики 60-х годов, которые посвящались идеальному изображению «новых людей» в их борьбе с старыми предрассудками и стремлении установить «разумный» строй жизни. Художественных достоинств в нем нет никаких: повествование растянуто и нередко прерывается утомительными рассуждениями теоретического характера; большая часть эпизодов искусственно подогнана под заранее надуманную программу. Несмотря на эти недостатки, роман находил восторженных читателей, которых подкупала несомненная искренность автора и благородство убеждений его идеального героя.Другой роман Федорова «Попытка — не шутка», остался неоконченным (напечатано только 3 главы в «Деле», 1873, Љ 1). Литературная деятельность не давала Федорову достаточных средств к жизни, а искать каких-нибудь других занятий, ради куска хлеба, он, по своим убеждениям, не мог и не хотел, почему вместе с семьей вынужден был терпеть постоянные лишения. Сборник его стихотворений не имел успеха, а второе издание «Светлова» не было дозволено цензурой. Случайные мелкие литературные работы едва спасали его от полной нищеты. Он умер от разрыва сердца 47 лет и похоронен на Волковском кладбище, в Санкт-Петербурге.Роман впервые был напечатан в 1870 г по названием «Светлов, его взгляды, характер и деятельность».

Иннокентий Васильевич Федоров-Омулевский , Павел Николаевич Сочнев , Эдуард Александрович Котелевский , Иннокентий Васильевич Омулевский , Андрей Рафаилович Мельников

Детская литература / Юмористические стихи, басни / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Современная проза