Читаем Басни Эзопа полностью

Один солдат скакал по полю и увидел двух разбойников, которые перешептывались, словно затевая какое-то злое дело. Подскакал он и спросил, чего это они шепчутся, когда в открытом поле никого нет и можно разговаривать свободно? Отвечал один разбойник: «Конечно, надобности в этом никакой, но шепот как-то больше к лицу черным делам, а потому и нам по душе».

Так люди глупые и злонравные во всяком деле обнаруживают свое злонравие и сами себя выдают без всякой нужды.

35(114). Богач, пускавший себе кровь.

Один богатый человек сделал себе кровопускание, а выпущенную кровь велел дочери приберечь, пока не придет врач посмотреть ее и не скажет, какие в ней признаки болезни. А дочь была небрежная и не устерегла: прибежала на кровь собака и часть вылакала, а часть расплескала. Увидела это девушка, испугалась, что отец рассердится, заплакала и обо всем рассказала подруге. Та утешает ее и говорит: «Знаю, что делать: пусти себе самой кровь в эту же чашку и покажи врачу, как велел отец: вот никто ни о чем и не догадается». Понравился девушке такой совет, и она поспешила сделать, как сказано. А врач был в своем искусстве не пустой знаток: только посмотрел он на кровь, как увидел в ней верные признаки беременности. Говорит он хозяину: «По всем правилам моей науки говорю тебе с уверенностью: кровь показывает, что беременен тот, у кого она пущена». Изумляется хозяин, что с ним случилось такое небывалое дело, и в великом страхе ждет, когда начнутся роды. Весь дом в изумлении и ужасе, все дрожат за беременного хозяина, не знают, что делать, и ругают врача лжецом и обманщиком. Но между тем в страхе перед грозящей опасностью, начинают люди доискиваться, как было дело, обнаруживают пролитую кровь, приступают с расспросами к девушке и выпытывают от нее всю правду. Видит девушка, что врач в своем деле не ошибается, рассказывает все по порядку и открывает отцу свое бесчестие.

Так и раскрывается то, что не делает чести человеку небрежному и ненадежному.

36 (119). Барсук среди свиней.

Был на желуди большой урожай, и разбрелись по лесу свиньи со свинопасами. А барсук, лесной уроженец и житель, который тоже желудями кормится, как заметил, что свиньи напустились на желуди, так и сам к ним присоединился: заявил, что он тоже из свиного рода и по праву должен пастись вместе с ними. Но потом увидел он, как свиньи, отъевшись, попадают под нож и гибнут, испугался за себя и говорит мясникам: «Меня не надо трогать: ведь родом и породою я — собака и людям в пищу не гожусь». А в доказательство показал свои собачьи когти и стал скрести ими землю на собачий лад.

Так многие люди, жадные и хитрые, сразу служат двум хозяевам и этим вводят всех в обман; но когда хитрость их раскрыта, то даже если делают они добро и говорят правду, никто уже ни со словами, ни с делами их не считается.

37 (120). Волк и еж.

Волк и еж жили в дружбе. Но случилось волку наступить неосторожно на капкан, и капкан ухватил его за лапу. Просит волк друга своего, ежа, помочь ему и показать себя в такой беде верным другом. А еж отвечает: «Как же я могу тебе помочь, пока святые, направившие тебя в капкан, сами оттуда тебя не вызволили? Много раз приносил ты обеты святым ради удачи на охоте, и от мяса зарекался, и мало ли от чего, а выполнял обещанное куда как плохо! Вот и кажется мне, что это они, обиженные, и завели тебя в эту петлю. Стало быть, надо сперва заслужить их прощение; если заслужишь — будет теб»е на пользу и моя дружба; а не заслужишь — не будет, потому что против воли божьей я никогда не пойду».

Не очень надейся на товарища, а больше следи сам за собой.

38(121). Волк и перевозчик.

Шел волк в чужие места и пришел к реке. Увидел он, что река — широкая и глубокая и не решился броситься в волны, а попросил перевозчика, чтобы перевез его на своем суденышке. «Перевезу, коли заплатишь»,— говорит перевозчик. А волк в ответ: «Дам, что угодно, только пусти меня в лодку». Пустил его перевозчик и отвалил от берега. Говорит волк человеку: «Ну, какой же ты хочешь от меня платы?» — «Скажи мне, — говорит перевозчик, — три слова правды, вот и вся плата». Понравилось это волку, и он тут же говорит первое: «Кто делает добро, тот хороший человек». — «Что правда, то правда», — отвечает перевозчик. Добрались они до середины реки, говорит волк второе свое слово: «А кто не делает добра, тот дурной человек». — «И то правда», — отвечает перевозчик.— «А какое третье?» — «Третьего пока не знаю, — говорит волк, — но ты подвези меня к берегу, а я тем временем придумаю». Подъехали они к берегу, волк одним скачком выскочил из лодки, и как очутился на суше, крикнул: «А кто делает добро дурному, тот только силы теряет зря!»

Правду сказал волк: кто делает добро злому, тому и воздается за добро злом.

39(124). Священник и волк.

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Государство
Государство

Диалог "Государство" по своим размерам, обилию использованного материала, глубине и многообразию исследуемых проблем занимает особое место среди сочинений Платона. И это вполне закономерно, так как картина идеального общества, с таким вдохновением представленная Сократом в беседе со своими друзьями, невольно затрагивает все сферы человеческой жизни — личной, семейной, полисной — со всеми интеллектуальными, этическими, эстетическими аспектами и с постоянным стремлением реального жизненного воплощения высшего блага. "Государство" представляет собою первую часть триптиха, вслед за которой следуют "Тимей" (создание космоса демиургом по идеальному образцу) и "Критий" (принципы идеального общества в их практической реализации). Если "Тимей" и "Критий" относятся к последним годам жизни Платона, то "Государство" написано в 70—60-е годы IV в. до н. э. Действие же самого диалога мыслится почти одновременно с "Тимеем" и "Критием" — приблизительно в 421 или в 411—410 гг., в месяце Таргелионе (май-июнь). Беседу в доме Кефала о государстве Сократ пересказывает на следующий день друзьям, с которыми назавтра будет слушать рассуждения Тимея. Таким образом, "Государство", будучи подробным пересказом реальной встречи Сократа и его собеседников, лишено всякой драматичности действия и незаметно переходит в неторопливое, внимательное изложение с примерами, отступлениями, назиданиями, цитатами, мифами, символами, вычислениями, политическими и эстетическими характеристиками и формулами.Судя по "Тимею" (см. вступительные замечания, стр. 661), беседа происходила в день празднества Артемиды-Бендиды, почитаемой фракийцами и афинянами. Эта беседа в Пирее, близ Афин, заняла несколько часов между дневным торжественным шествием в честь богини и лампадодромиями (бегом с факелами) тоже в ее честь. Среди действующих лиц главное место занимают Сократ и родные братья Платона, сыновья Аристона Адимант и Главкон, оба ничем не примечательные, но увековеченные Платоном в ряде диалогов (например, в "Апологии Сократа", "Пармениде"). Известно, что Сократ отговорил Главкона заниматься государственной деятельностью (Xen. Mem. III 3).Хозяин дома, почтенный старец Кефал, — известный оратор, сицилиец, сын Лисания и отец знаменитого оратора Лисия, приехавший в Афины по приглашению Перикла, проживший там тридцать лет и умерший в 404 г. Здесь же находится сын Кефала Полемарх, который в правление Тридцати тиранов был приговорен выпить яд и погиб без предъявленного обвинения, в то время как Лисию, младшему брату, удалось бежать из Афин (Lys. Orat. XII 4, 17—20). Среди гостей находится софист Фрасимах из Халкедона, человек в обращении упрямый и самоуверенный, однако ценимый поздними авторами за "ясный, тонкий, находчивый" ум, за умение "говорить то, что он хочет, и кратко и очень пространно" (85 В 13 Diels). Фрасимах этот, профессией которого считалась мудрость (там же, В 8), покончил самоубийством, повесившись (там же, В 7).При обсуждении важных общественных проблем присутствуют молча, не принимая участия в разговоре, Лисий и Евтидем — третий сын Кефала (последний не имеет ничего общего с софистом Евтидемом), а также Никерат, сын известного полководца Никия, софист Хармантид из Пеании и юный ученик Фрасимаха. Что касается Клитофонта, сына Аристонима, софиста и приверженца Фрасимаха, то в перечне действующих лиц диалога он не значится, хотя кроме указания на его присутствие в доме Кефала (I 328Ь) он несколько раз подает реплику Полемарху (I 340а—с).Излагаемые Сократом идеи находят постоянную оппозицию со стороны Фрасимаха, в споре с которым как с софистом (ср. "Протагор", "Гиппий больший", "Горгий") яснее вырисовы вается и оттачивается истина Сократа.

Платон

Философия / Античная литература / Древние книги