Случилось однажды волку и ежу свести меж собою дружбу, и уговорились они, чтобы еж отвлекал на себя лютых псов, потому что есть такой у ежей обычай — спасаясь от собак, свертываться в клубок. С таким уговором отправились они в деревню и похитили овечку. Волк ее подхватил и ударился в бегство, а товарища оставил позади — задерживать настигающих собак. Но увидел еж, что колючки его от собак еще спасают, а от людей совсем бесполезны, и позвал волка к себе на помощь. А волк в ответ: «Чем же я могу тебе помочь, если до леса еще далеко, а мужики с собаками на нас так и наседают?» Говорит ему еж: «Тогда поцелуй меня в последний раз, чтобы мог ты потом передать друзьям, с какою нежностью простились мы друг с другом перед лицом смерти». — «Правда твоя, — говорит волк,—так я и сделаю». Подбежал и поцеловал ежа. А еж как ухватит волка зубами за губу и повис на нем так, что не оторвать. Собаки уже наседают, и бежит волк, волей-неволей волоча с собой прицепившегося ежа. Говорит: «Отпусти меня, наконец, не то сейчас обоих нас поймают». Отвечает ему еж: «Сам знаешь: не отпущу тебя, потому что по чести и справедливости такие нежные друзья и спасаться должны вместе, и погибать вместе». Вот добежали они до леса; тут увидел еж, что спасение близко, разжал зубы, отцепился от волчьей губы и забрался на соседнее дерево. «Ну, сиди, жалкая ты тварь, — говорит волк, — и спасайся от собак, как знаешь, а я побегу в самую чащу и там останусь цел». Отвечает ему еж: «Заключили мы с тобой уговор о товариществе, а теперь ты его бесстыдно нарушаешь, коли хочешь овцу утащить, а меня бросить; но пусть так — делай с овцою, что угодно, только смотри, берегись собак!»

Так бывает с обманщиком: желая обмануть другого, он сам себя обманывает.

27 (65). Два волка.

Повстречались однажды два волка, разговорились, и зашла у них речь о том, что люди по самой природе своей волков ненавидят и всегда на них набрасываются, даже если волки им не делают ничего дурного. И сказал волк волку: «Дело в том, что люди от нас никогда добра не видели; а вот пусть они увидят хоть раз, что мы доброе дело делаем, и тогда поверят, что мы и всегда бы так хотели». Отвечал другой волк: «Что ж такого хорошего можем мы сделать, чтобы люди и впредь от нас ждали добра?» Говорит первый: «Давай, выйдем из лесу: люди сейчас работают на полях, вот мы и поможем им снопы вязать». Вот вышли они из лесу в поле и давай вязать снопы, как порешили. Но не тут-то было: лишь завидели люди волков в поле, как с громким криком бросились прямо к ним. Удивились волки и говорят: «Что это? С какой такой стати набрасываются они на нас, если мы тут стараемся им же не во вред, а на пользу?» — И сказал один другому: «Нет, вернемся лучше в лес и будем жить, как жили. Что бы мы ни делали людям, добро иль худо, — не избыть нам людской ненависти».

Так и дурные люди: как не получают они тотчас награду и славу, на которую рассчитывали, так сразу и отступаются от доброго дела.

28 (68). Живописец и жена его.

Жил был один живописец, и картины, какие он делал, он давал жене своей переписывать, чтобы она каждую его черту повторяла бы точка в точку. Посмотрел он однажды и видит: получается картина, никуда не годная. Стал он ругать работницу за нерадивость; а она, видя, что муж сердится, и зная, что никакой нерадивости не было, а каждую черту она повторяла так, как следует, говорит ему в ответ: «По-твоему, я картину твою испортила, а между тем, я ничего не прибавила и не убавила от того, что ты сам нарисовал. Поэтому сперва сам научись вести твои черты, как следует, а тогда и я смогу перенять твое мастерство».

Так многие сваливают свою вину на других и поносят других, сами заслуживая брани.

29 (69). Лань и олененок.

Лань однажды в поле учила своего олененка, как надо избегать опасности. А тут как раз повстречался им охотник, и спросил олененок, кто это такой и что это за штука у него в руках? Мать говорит: «Это — тот самый, кого больше всего тебе надо бояться: — заметь его хорошенько, чтобы быть осторожным и убегать от него, если встретишь». Олененок отвечает: «Да я его отлично вижу: он совсем не страшный и даже, по-моему, трусит. Я по тому сужу, что с коня он слез так, чтобы конь заслонял его от нас, — как видно, он нас боится, и немало, потому что вот он побежал прятаться и залез в самый густой кустарник. Только скажи, а что это у него в руках?» Лань говорит: «В руках у него деревянная изогнутая палка, и она для нас очень опасна, а посредине на веревке палка поменьше, и она-то опаснее всего: ее и надо бояться». — «Если это вещи такие опасные, — спрашивает малыш, — почему же человек их изо всех сил к себе прижимает?» — «Потому и опасные, — отвечает мать: — чем крепче он их к себе прижимает, тем скорее достанет до нас».

Так глупые люди не предвидят и не остерегаются заранее бед и опасностей, пока не почувствуют их на себе.

30 (70). Ворон и воронята.