Читаем Ассы в деле (СИ) полностью

- Вы знакомы? - это был первое, что она спросила у него за последние полгода, не считая "сменить ли вам подгузник?".

- Да. Это моя подруга - кукла Коломбина.

- Так, сэр. А теперь по буквам, если можно.

Говарт посмотрел на кибертехника.

- Вы знаете, так трудно писать стихи. Особенно если вы - кукла в чужих руках, или если притворяетесь кем-то другим.

═

- Ты не представляешь, как трудно на самом деле писать стихи, - сказал доктор Воннел поглядывая на террассу и деревья за которыми скрывался дом возлюбленной Питера.

- Но ведь вы - человек, - заметил собеседник, - вы умеете любить, по особому чувствовать, вы творите высокое, доброе, вечное.

- Мы? Ты слишком хорошего о нас мнения. Во всяком случае, обо мне.

Воннел уже успел пожалеть о том, что предложил Питеру явиться под окна его избранницы с несколькими строками ( а лучше, страницами) любовной лирики. По изначальному плану имелась вероятность, что раз единорог воспылал любовью во время просмотра спектакля, то есть все шансы что его дама сердца подхватит ту же заразу, если экспериментально воспроизвести условия, то есть мизансцену, и сделать девушку её участницей.

Проблемой был Шекспир. Его стихи уже не годились. Грейс их уже слышала.

- Жаль, - сказал Питер. - Я почему-то решил, что все люди хоть время от времени пишут стихи.

- Ну, - смутился Воннел, - я тоже это... Иногда бывает. Иначе бы я не предложил.

Продолжая краснеть, он достал коммуникатор.

- У меня есть несколько заготовок, их можно объединить, убрать всё лишнее, кое-чего добавить. Я тут в дороге накидал пару удачных метафор.

Будучи человеком тактичным, Воннел справедливо полагал, что худшее, что можно услышать от незнакомого человека, это "сейчас я вышибу твои мозги" и "а давайте я прочитаю вам свои стихи". Причем были случаи, когда первая фраза произносилась через некоторое время после второй.

- Сколько времени это займет?

- Я думаю, около часа.

Питер забеспокоился.

- Понимаю, что на это нужно время, что искусство не создаётся в моновение ока, но я надеюсь вы знаете, что делаете.

- У меня пока нет иных вариантов.

Они сидели в арт-кафе, в окружении нескольких десятков художников, композиторов и писателей. Скрип множеств карандашей на планшетах сливаясь напоминал шум дождя, от чего обстановка в становилась еще более творческой. Тут было дымно от крепких сигарет, и временами кто-то выходил подышать свежим воздухом, бережно подняв над полом конец длинного шарфа. Не нашлось бы в этой части Нью-Анджелеса места более удобного для Художника.

Воннел работал не поднимая глаз, входил в образ, старался не забыть все то, что узнал о жизни тау-скульптурианцев за те часы что провел в обществе одного из них. Наконец всё было готово и он протянул коммуникатор Питеру. Тот несколько минут смотрел на экран и взгляд его становился все более обеспокоенным.

- Что? Так плохо? Я что-то упустил?

- Напротив, всё замечательно, у меня даже появилась надежда, что это может сработать, - единорог слабо улыбнулся, - Только я боюсь, что растеряюсь и забуду текст. Его так много, а времени чтобы выучить так мало. К тому же, когда я волнуюсь, все нужные слова вылетают из головы. С вами такое бывало?

- Нет, - соврал Воннел.

Кто-то из них должен был быть сильным.

- Что будем делать? Близится вечер, мое время иссякает.

- Есть одна идея, - сказал Воннел, вдруг вспомнив кусты в верхней части террасы. - Насколько я помню, в посольствах глушат или перехватывают сигналы, так?

Питер пожал плечами. Он никогда не работал в посольстве.

═

- ... и тогда из кубрика вынырнула обезьяна и натруженной рукой протянула мне томик "Гамлета", - сказал капитан, хотел было продолжить, но напоролся взгляд Боузера.

- Сэр, - сказал Боузер, - вы должны рассказать все, что знаете об этой кукле.

- Я проверила все древние культы всех известных нам планет, - сказала Нина, - Нигде нет ничего подобного. Она немного похожа на знак объявления войны или кровной мести у рикаторанцев, но их цивилизация вымерла когда вендетта выкосила всех солдат, друзей солдат и друзей друзей солдат.

Капитан Говард имел странную особенность: когда от него требовалось вынырнуть в реальный мир, глаза его закатывались, иногда в противоположных направлениях. Когда он не мог ответить на вопрос, он пытался заснуть, либо уводил тему в сторону. Однажды, прижатый к стене, в отчаянии он стал рассказывать о том, в чем смысл жизни, но последние несколько слов произнес на мегрельском, коего Нина не знала.

Но сегодня капитан повел себя иначе:

- Это же театр, друзья. Как-то очень давно я был в последнем в мире театре кукол.

- Как вы туда попали? - спросил Боузер.

- Ну, если вы действительно хотите услышать про то как умер Васкес и при чем тут медленные кольца...

- Нет, - спохватился Боузер. - Покороче, что такое театр, насколько эти твари опасны и как нам туда добраться.

Капитал улыбнулся.

- Ну, вряд ли они могут быть опасны. Самый молодой из них, прежде чем надеть на руку Пульчинеллу, сначала надевал саму руку.

- Что это за клички: Пуличио, Коломбо?...

- Ладно Боуз, - сказала Нина и махнула рукой, - Я уже знаю где искать. Дадим капитану поспать.