Читаем Аргонавтика полностью

1600 На бессмертных богов и казался во всем им подобен,     Но с боков и вниз тянулся раздвоенный рыбий     Хвост, и этим хвостом, как веслами по морю, бил он;     А концы хвоста на лунный изгиб походили.     Так он вел Арго, пока не довел его к морю.1605 Тут погрузился он быстро в бездну морскую. Герои     Все закричали, воочию чудо увидев такое.     Там и доныне есть* знаки Арго в заливе Аргойском.     Есть алтарь Тритона и есть алтарь Посидона.     Их мореходы воздвигли, целый день проработав.1610 А на заре, распустив паруса, ту пустынную землю     Справа имея, отплыли они с дуновеньем Зефира     И увидали изгиб земли и далее море, —     За рукавом протоки к нему оно простиралось.     Вскоре утих Зефир.* Пришло дуновение Нота1615 Сменой ему кормового. В восторге гребцы зашумели,     Солнце когда зашло и звезда явилась пастушья,     Та, что пахарям жалким отдых с собою приносит.     Тотчас они, поскольку ночью ветра не стало,     Парус свернув и книзу пригнув огромную мачту,1620 Все налегли на сосновые гладко скобленные весла,     Ночь гребли и день гребли и за днем этим снова     Ночь другую гребли. Затем их издали принял     Карпаф* утестый. А потом они собирались     Переправляться на Крит, который в море был виден1625 Лучше других островов, на пути их в то время лежащих.     Медный Талос*, от крепкой скалы срывающий камни,     Им, однако, мешал подойти к Диктейской стоянке     И у твердой земли укрепить причал корабельный.     Самым последним он был из медных ясенеродных1630 Между полубогами. Европе Кронид его отдал     Остров Крит охранять неизменно, чтоб трижды обегал     Весь тот край на медных ногах каждый день неустанно.     Медным он был. Хотя всем телом и всяким членом     Был нерушим, под лодыжкой ноги кровавая жила1635 Вилась, ему назначая пределы жизни и смерти.     Против воли, полные страха, герои от суши     Быстро на веслах корабль отвели, едва не покинув     Крит, в печали жаждой томясь и от бедствий страдая.     Но Медея к ним, спешащим уйти, обратилась:1640 «Мне внемлите! Одна я, наверное, знаю, смирить как     Этого мужа, кем бы он ни был, даже сверхмедным.     Тело его нерушимо, а все же век ограничен.     Здесь вы корабль держите спокойно вдали от полета     Каменных глыб, пока не окажется он укрощенным».1645 Так сказала она. Отошли на веслах герои     Вдаль от его бросков, о ее гадая затее,     А она, скрыв щеки в складках темного платья,     На мостки взошла. Эсонид, держа ее руку,     Вел идущую между уключин. И там она песней*
Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Собрание сочинений. Том 2. Мифы
Собрание сочинений. Том 2. Мифы

Новое собрание сочинений Генриха Сапгира – попытка не просто собрать вместе большую часть написанного замечательным русским поэтом и прозаиком второй половины ХX века, но и создать некоторый интегральный образ этого уникального (даже для данного периода нашей словесности) универсального литератора. Он не только с равным удовольствием писал для взрослых и для детей, но и словно воплощал в слове ларионовско-гончаровскую концепцию «всёчества»: соединения всех известных до этого идей, манер и техник современного письма, одновременно радикально авангардных и предельно укорененных в самой глубинной национальной традиции и ведущего постоянный провокативный диалог с нею. Во второй том собрания «Мифы» вошли разножанровые произведения Генриха Сапгира, апеллирующие к мифологическому сознанию читателя: от традиционных античных и библейских сюжетов, решительно переосмысленных поэтом до творимой на наших глазах мифологизации обыденной жизни московской богемы 1960–1990‐х.

Генрих Вениаминович Сапгир , Юрий Борисович Орлицкий

Поэзия / Русская классическая проза
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература
Собрание стихотворений
Собрание стихотворений

КОРОТКО О СЕБЕРодился в 1936 г. в Архангельской области. Но трех лет меня увезли оттуда. Детство прошло в сельском детском доме над рекой Толшмой — глубоко в Вологодской области. Давно уже в сельской жизни происходят крупные изменения, но для меня все же докатились последние волны старинной русской самобытности, в которой было много прекрасного, поэтического. Все, что было в детстве, я лучше помню, чем то, что было день назад.Родителей лишился в начале войны. После детского дома, так сказать, дом всегда был там, где я работал или учился. До сих пор так.Учился в нескольких техникумах, ни одного не закончил. Работал на нескольких заводах и в Архангельском траловом флоте. Служил четыре года на Северном флоте. Все это в равной мере отозвалось в стихах.Стихи пытался писать еще в детстве.Особенно люблю темы родины и скитаний, жизни и смерти, любви и удали. Думаю, что стихи сильны и долговечны тогда, когда они идут через личное, через частное, но при этом нужна масштабность и жизненная характерность настроений, переживаний, размышлений…

Николай Михайлович Рубцов

Поэзия