Читаем Алмазы от нищенки полностью

— В убийстве? Кого? — поразилась новости Зина.

— Вопросы задаю я, а вы отвечаете, — сурово произнёс мент. — Так где и с кем вы провели вчерашний вечер? Постарайтесь вспомнить подробности.

— Весь вечер мы были с подругой. С Таней.

— Полное имя, отчество, фамилия! Кто такая, чем занимается?

— Татьяна Николаевна Калугина. Моя подруга. Нигде не работает — занимается воспитанием двухлетнего сына. Замужем. Живёт в трёх остановках отсюда. Да она сейчас всё на кухне рассказывает, — устало закончила Зина.

— Так и чем вы занимались вчера вечером? Рассказывайте поэтапно, — настаивал следователь.

— Сначала сидели на улице у нашего дома. Но это ещё до пяти. Затем поднялись ко мне, разговаривали долго. Потом мама нас покормила. А как стемнело — это уже после девяти вечера, — пошли к троллейбусной остановке. На остановке стояли минут пятнадцать (троллейбуса не было), потом Таня уехала, а я вернулась домой. Всё вроде.

— По дороге куда заходили? Кто-то вас видел?

— Никуда не заходили, сразу домой. Кажется, никто не видел. Только мама. Да вы у неё спросите. Я пришла где-то около десяти — она фильм смотрела, очень звала меня присоединиться, но настроения не было.

— Отчего же? Совесть мучила? — пристально изучая лицо допрашиваемой, нехорошим тоном спросил мужчина.

— Неужели вы и правда думаете, что я могла кого-то убить? — взмолилась Зина.

— Факты — упрямая вещь, — произнёс известную фразу законник.

— Да какие факты? Вы можете объяснить?

— Марию Ильиничну Клепикову знаете?

— А кто это?

— Придётся вас задержать до выяснения обстоятельств. Пойдёмте! — вздохнул следователь.

Растерянная Зиночка в сопровождении стража порядка проделала обратный путь на кухню мимо мамы, понурым видом вовсе расстроив её.

— Будем задерживать обеих? — спросил Зинин мучитель. — Алиби нет, признания не даёт.

— Да, повезём их, в отделе ещё пальчики надо снять.

— Покажите ордер на арест! — севшим от волнения голосом потребовала Татьяна.

— А вас никто не арестовывает, надо соблюсти кое-какие формальности. Вот если подозрение подтвердится, то вам будут предъявлены обвинения и ордер на арест.

— Без своего адвоката я никуда не поеду! — продолжала артачиться Таня, основательно усаживаясь на табуретку и облокачиваясь о подоконник.

— Да вы нам особенно и не нужны. Потом вызовем, когда понадобитесь.

— А Зина вам зачем? Нашли преступницу! Она почти заслуженная учительница России! Она детям несёт разумное, доброе, вечное! Она и мухи не обидит (слово «муха» прозвучало двусмысленно, и мент усмехнулся), а не то чтобы стукнуть кого-то. А вы убийцей её посчитали!

— Так! Ладно! Хватит антимонии разводить. Сами виноваты — не помогаете следствию. Убитую Марию Ильиничну Клепикову не знаете, однако служебно-розыскная собака от окна её квартиры привела прямиком к вашей заслуженной учительнице! — ехидно выделив интонацией два последних слова, свирепо произнёс Сергеев.

— А! Так сразу бы и объяснили, что вам от нас надо! — просияла Таня. — Давайте присядем. Мы сейчас вам всё-всё расскажем.

Озадаченные служители Фемиды уселись вновь на тесной кухне. Девушки, дополняя друг друга, изложили историю вечерней прогулки с обнаружением убегающего мужчины и лазанием в чужое открытое окно Зины, подсаженной любопытной Татьяной.

— Теперь всё встало на свои места! — хлопнул по столу капитан. — Затоптали и стёрли следы преступника, собаку сбили со следа! Любопытные Варвары, блин! Преступника хоть описать сможете?

— Худой и длинный. Лица-то мы не видели! Он же, как выпрыгнул из окна, так и побежал между деревьями прочь от дома. Только одну спину и видели. Он ещё пригнулся, когда бежал, — ответила с готовностью Таня.

— Ну, хоть что-нибудь рассмотреть успели? Одежду? Головной убор? Цвет и длину волос? Походку? Может, в руках что держал?

— Был во всём тёмном. Голову наклонил вперёд. В руках, вроде, ничего не было, — пожала плечами Таня.

— Вот только бежал он, не размахивая руками: они у него были согнуты в локтях, как будто он прижимал их к груди или что-то прижимал, — добавила Зина. — Боюсь оговорить человека, но мы ещё с Таней подумали, что это брат той женщины-инвалида ходит, извините, налево от жены втайне от сестры.

— А ну-ка, подробнее! Откуда вы его знаете? — оживился следователь.

— А-а-а, — начала заикаться Зина.

Татьяна пришла на помощь:

— Так в одном же доме живут. Вчера мы сидели на скамейке у чужого подъезда, увидели высокого тощего мужчину. Зина и сказала, что, мол, молодец брат, не забывает сестру-инвалида, проведывает. Кстати, был он одет во всё тёмное: чёрные брюки и, по-моему, тёмно-синюю футболку, а может, тёмно-зелёную. А, Зин?

— Точно не могу сказать, — откликнулась та.

Оперативники пробыли на маленькой кухне ещё некоторое время, пока не оформили свидетельские показания и не дали их подписать девушкам. Уже уходя, в дверях, пообещали прислать сотрудника для дактилоскопии, если он ещё не уехал.

— Зачем? — поинтересовалась Таня.

— А чтобы отличить отпечатки ваших пальчиков на подоконнике от отпечатков преступника!