Читаем Алмаз Чингисхана полностью

Отставший от своих людей десятник не смел двинуться с места и лихорадочно соображал, как поступить, чтобы за его проступок не пострадали родичи. Самое удачное, что ему пришло в голову, это выбежать из укрытия и догнать отряд, наврать сотнику или даже самому Хану, будто преследовал вдруг замеченного подозрительного горца,  но он никак не мог набраться мужества для такого поступка.

Сотник между тем приподнял руку, и шедшие за ним каратели остановились, вытянулись, напряженно замерли. Только он и китайский мастер прошли ещё десятка полтора шагов, приблизились к вороной кобыле Чингисхана.

– Я в точности выполнил приказ, Бессмертный, – склонив голову, доложил сотник кобыле и всаднику на ней.

Странный быстрый топот ног, который раздался позади него, испуганные возгласы карателей вызвали на лице сотника злорадную улыбку понимания, вследствие чего это происходило, однако он не посмел обернуться. Обернулся китайский мастер.

Появляясь из-за крупных валунов, между Ханом и расщелиной выстроились десять лучников из ханских телохранителей. Боевые луки в их руках были высокими, в полный мужской рост, – длинными стрелами, выпущенными из таких луков, на сотне шагов пробивались насквозь любые кольчуги. Пятеро лучников застыли задней линией; пятеро других опустились на левое колено, одновременно наложили на тетивы красные стрелы. Они разом натянули тетивы, и те с хлестким свистом вырвались у них из пальцев. Ни один не промахнулся, – каждая стрела пронзила выбранного для неё карателя. Отстрелявшиеся лучники без промедления встали с колен и пропустили вперёд заднюю линию. Тогда только ещё живые каратели осознали, что им уготовано, и беспорядочно рассыпались. Одни как безумные бросились назад, в расщелину, другие попытались забраться на скалы к выступам, за которыми можно было скрыться; а самые отчаянные, выхватив короткие мечи, с криками ярости ринулись навстречу телохранителям, навстречу смерти от следующих выстрелов. И опять, сделавшая своё дело пятерка лучников в отработанном до бессознательных движений порядке быстро поднялась с колен, отступила, пропустила вперед телохранителей, которые стреляли первыми и вновь были готовы показать свое страшное искусство. И они его показали без срывов, стрелы настигали всех: и тех, кто убегал; и тех, кто лез на скалы; но раньше других тех, кто кидался вперед с мечами, либо пытался отстреливаться в ответ.