Читаем Звонок полностью

      Невольно залюбовалась тем, как затрепетали его ноздри. Надо отдать ему должное, мужчиной он был весьма и весьма привлекательным. Точеный нос, смуглая кожа, темные волосы и бархатные карие глаза.

      Такой генофонд пропадает.

      – Будьте любезны, мисс, пройдите к медикам. Через два часа мы приземляемся и сразу же едем в резиденцию, – сдержался, даже голоса не повысил, а он молодец, – мне бы очень не хотелось, чтобы вас лишили положенного приза за безобразное поведение, – я грустно вздохнула и пошла в медицинский отсек.

      Когда вставала со стула, бросила второму бармену:

      – Он, кстати, из ваших, – парень покраснел, а Кларксон сжал зубы.

      Это, что ли, тайна была?

      Глава 2

      – И зачем вы пришли? – врач проверила уровень алкоголя в крови, который, само собой был в норме.

      – Мистер Кларксон отправил, – я пожала плечами.

      – Ах, он такой красавчик, – мисс Рут, так гласила табличка с именем на халате, мечтательно закатила глаза, – вам так повезло, что вы проведете несколько дней в его компании.

      – Это да, – согласилась я, повезло, так повезло, – он, кстати говоря, гей.

      – Куда катится мир, – печально вздохнула врач, – лучших мужиков уводят прямо из подноса, и кто? Мужчины.

      – И не говорите, – мисс Рут прониклась ко мне симпатией, еще бы. Одно дело завидовать успешной конкурентке, и другое, оказавшись в одной лодке, сокрушаться о несправедливости мироздания.

      – Мисс Уитлок, – о, помяните лихо, – пройдемте, – мистер Габи-Душка переоделся в узкие черные джинсы, такого же цвета обтягивающую водолазку, и закатал рукава. На загорелой руке поблескивали дорогие часы.

      Хорош, мерзавец.

      Мы с мисс Рут переглянулись и горестно вздохнули.

      – Что вы сделали с волосами?! – Луи придирчиво разглядывал меня, – я разве давал разрешение? – а оно мне вообще требуется? – Хотя, так, наверное, лучше.

      – Лучше, – согласился с ним Кларксон, – так мисс похожа на леди, а не на клоуна, – каков нахал, – правда, эти заношенные брюки, – я посмотрела на свои любимые резинки, – мисс Уитлок, а вы каблуки принципиально не носите?

      – Ношу, – огрызнулась я.

      Не буду же я признаваться, что месяц назад сломала каблук на единственной выходной паре, а денег на ремонт не было.

      – Луи, нужно заехать к Джерому, – Кларксон кивнул на меня напарнику и добавил уже значительно тише, – приодеть это чудовище, – сам ты бугимэн доморощенный.

      Звездолет прошел стыковку, и мы направились к выходу. За те пять лет, что я не была дома, полностью сменился дизайн главного космодрома Империи. Когда я уезжала, в моде был хай-тек, а теперь нас встречали уютные цветные коврики и репродукции с картин импрессионистов и постимпрессионистов.

      Мило.

      – Мечтаете занять место в истории живописи? – гаденько поинтересовался Кларксон.

      Я действительно застряла у одной из картин – «Звездная ночь». Бесподобная вещь.

      – Так я уже, – у него упала челюсть, – сто с лишним портретов Дезмонда второго. Я не оставила истории ни одного шанса меня забыть, – он не успел придумать ответ. Отвлекли:

      – Боже мой, это же сам Гейбл Кларксон! – две девушки, которые проходили рядом, восторженно завизжали и принялись фотографироваться со Звездой и просить автографы.

      – А со мной, и еще вот так, – они крутили телефон и без остановки щелкали камерой.

      Мистер Габи очаровательно улыбался и принимал самые выгодные позы. Я бы поостереглась фотографироваться с ним. На фоне лакированного репортера девушки смотрелись как бледные тени.

      Никогда не понимала, как может нравиться мужчина, который в сто раз привлекательнее тебя?

      Луи стоял рядом и ревниво следил за своим Душкой. Ассистенты и операторы тащили дорогостоящее оборудование, а я, недолго думая, направилась к стойке выдачи багажа.

      – Куда! – Кларксон схватил меня за плечо.

      – За чемоданом, – повернулась и уткнулась ему в грудь, – никуда я от вас не денусь, – потерла лоб, чуть не расшиблась о каменные мышцы на теле кумира, – и не мечтайте.

      Последнее он не расслышал, потому что к нам, стуча каблуками, летело десятка два восторженных девиц.

      И что вы думаете сделал Кларксон? Он улыбнулся во все тридцать два зуба и громко заявил:

      – Дорогие девушки, не заставляйте мою невесту ревновать! – и вытолкнул меня вперед, на растерзание размалеванным гарпиям.

      – Габи, Душка, – я подпрыгнула, обхватила его шею руками и прижалась к нему всем телом, – ты же знаешь, я так боюсь всех этих твоих шумных почитательниц, – лицо его медленно превратилось в оскал.

      – Конечно, – пауза, – милая, – и он, подхватив мой обшарпанный, бывший когда-то зелёным, а теперь вообще непонятно какой чемодан, смело пошел к выходу из зала.

      Зловеще рассмеяться помешали зрители.

      На меня обрушился Силион. Вот так, сразу оглушил, ослепил и полностью дезориентировал. Главная планета империи представляла собой огромный шумный сити, без конца и края. Всюду сновали машины, желтые такси мигали фарами и гудели, а многочисленные продавцы фаст-фуда завлекали клиентов громкой рекламой и такими же громкими запахами.

      Я зажала нос и шмыгнула в автомобиль. Там уже сидел злющий Кларксон, а Луи со свитой шли сразу за мной.