Читаем Зорге полностью

Ответ, направленный «Рамзаю» 29 апреля, был прям и прост: «В отношении возвращения домой – в наст. время, в условиях назревающего воен. кризиса – невозможно. Ваша задача исключительно важна. Заменить Вас некем»[442].

Вероятно, Зорге, получив этот ответ, был разбит морально, психологически. Он все-таки надеялся, искренне верил в возвращение домой, но… Возможно, именно это письмо привело к тому, что вскоре он разбился и физически. То, как именно это произошло, до сих пор до конца неясно, но в целом предыстория аварии такова. В Токио Зорге купил у своего друга Клаузена мотоцикл «Цюндапп»[443]: переложив таким образом деньги из одного кармана резидентуры в другой, он сделал рекламу фирме своего радиста и помог сам себе. Дело в том, что, если попытаться пройтись по токийским адресам Рихарда Зорге, а сегодня их не так уж сложно восстановить, окажется, что большинство сконцентрированы в небольшом квадрате в районе Западной Гиндзы: офис «Домэй цусин» (здание сохранилось), рестораны «Рейнгольд», «Ломайер», «Фледермаус», даже магазин грампластинок «Дзюдзия». Рядом отель «Империал» и парк «Хибия», где до сих пор существуют «баварский домик» и цветочный магазин, в котором Зорге покупал своим дамам букеты (все это в перестроенном виде, но ровно на тех же местах, что и 80 лет назад). Чуть в стороне – клуб «Фудзи», где наш герой тоже любил бывать, еще дальше, но в противоположную сторону – посольство Германии, на месте которого выстроен комплекс зданий Парламентской библиотеки. Ежедневные пешие переходы по этим маршрутам отнимали бы слишком много дорогого времени. К тому же для человека, у которого одна нога короче другой, они довольно утомительны. Ездить по Токио на автомобиле – возможно, и Зорге позже пользовался машиной, купив маленький «Дацун», но на узких улочках и в ежедневной толчее есть транспортное средство куда лучше и во сто крат удобнее: мотоцикл. Поэтому для страстного любителя этого вида транспорта «Цюндапп» был жизненно необходим, вот только правила дорожного движения Зорге соблюдал далеко не всегда, да и вообще он не очень любил соблюдать правила – любые.

В соответствии с канонической советской версией, 12 мая Зорге получил внезапное и срочное сообщение от Одзаки: «Японский Генеральный штаб поручил военному атташе Осиме вести переговоры о взаимопомощи в войне против Советского Союза! Есть документы. Встреча на Гинзадори у аптеки». Несмотря на позднее время, Рихард вскочил на мотоцикл и помчался[444]. Далее, якобы возвращаясь домой после рандеву, закончившегося около двух часов ночи, Зорге не справился с управлением и, наехав колесом мотоцикла на камень у стены американского посольства недалеко от поста охраны на проходной, выходящей в сторону Тораномон, потерял управление и рухнул.

Версия странная. Не говоря уже о том, что никакой «Гинзадори» в природе не существует и никогда не было (хотя такой указатель – специально для туристов – и установлен на одной из улиц в этом районе), место и время для передачи секретных материалов (два часа ночи в центре Токио) несколько удивляют: рестораны и бары закрыты, людей на улицах нет, за исключением разве что полицейских, которых тарахтенье иностранного «Цюндаппа» должно было привлекать, как ос на мед. Какие документы относительно переговоров Осима в Берлине (о которых Зорге и так знал от Отта) могли оказаться у Одзаки, совершенно непонятно, особенно учитывая, что документы эти якобы были на английском языке, – мы увидим это дальше.

Западные авторы видят произошедшее более объективно, если не считать основного посыла – возвращение Зорге из Гонконга состоялось в феврале, а не в мае, и праздновать его четыре месяца он никак не мог. Тем не менее: «Свое возвращение в Японию [из Гонконга] он отпраздновал в привычном стиле – в “Рейнгольде” с Урахом. В два часа ночи, когда бар, наконец, закрылся, Зорге уселся на мотоцикл, купленный им у Макса Клаузена. Машина доставляла ему массу удовольствия и некоторое беспокойство его друзьям, поскольку даже когда Зорге был трезвым, он гонял на ней с огромной скоростью по узким улицам города.

Усадив Ураха на заднее сиденье, Зорге помчался к “Империал-отелю”. Он попросил Ураха сопровождать его в “налете” на квартиры тех жителей, которые известны были хорошими запасами спиртного в своих барах, однако на этот раз Зорге отправился на свою собственную квартиру, где выпил целую бутылку виски. А потом предложил другу отвезти его домой на заднем сиденье мотоцикла. (Это был один из вечеров, когда Ханако-сан не было в его доме.) Урах благоразумно отказался, и Зорге отправился один.

У Тораномон, за зданием офиса ЮМЖД он свернул влево с широкого проезда и, поддав газу, помчался вверх по улице вдоль стены, окружавшей американское посольство, – по дороге, если и отличавшейся от грязной грунтовой колеи, то ненамного. Он потерял контроль над машиной и врезался головой в стену.