Читаем Знак свыше полностью

Джей Элиот впрямь мог служить эталоном мужской привлекательности. С его ростом, стройностью, правильностью черт лица и прочими подобными свойствами — типа буйной светлой шевелюры или глаз, на солнце приобретающих редкостный изумрудный оттенок, — это не составило бы труда.

Но, как ни странно, обладая всем этим богатством, Джей практически им не пользовался. И в отличие от менее обласканного природой Чарли — по части внешности, но не в смысле талантов — не особенно засматривался на девушек. В каком-то смысле Джей даже сторонился их, будто подозревая в каждой потенциальный источник неприятностей. Словом, вел себя, как человек, которому общение с женщиной некогда доставило немало страданий.

Недаром ведь говорится: обжегшись на молоке, дуешь на воду.

А Джей обжегся очень больно. Так, что до сих пор волнующие очертания женской фигуры — тонкая талия, длинные ноги, высокая грудь — заставляли его сердце болезненно сжиматься. И он невольно отводил взор, словно боясь за внешними прелестями увидеть истинную неприглядную картину — ложь, коварство, безответственность, а то и просто желание использовать и бросить. Иными словами, все изнаночные атрибуты женской привлекательности, с которыми ему довелось познакомиться на собственном печальном опыте…

— Хорошо, относительно Шалмиры ты прав, — нехотя признал Чарли. — Она действительно каждый день будит меня в один и тот же час. Кстати, чувство времени у моей малышки идеальное. И насчет того, что я просто вынужден рано вставать, ты тоже не ошибся. И все-таки вышла у тебя промашка.

— Какая же это? — иронично поинтересовался окончательно проснувшийся Джей:

— Ты постоянно забываешь, что я художник, — укоризненно произнес Чарли. — Видишь во мне только хозяина Шалмиры… Впрочем, не люблю этого слова, вовсе я ей не хозяин! Скорее, друг. Но речь сейчас не об этом. Как всякий художник, я стараюсь писать картины при естественном дневном освещении. И больше всего мне нравятся ранние утренние часы. По-моему, это идеальное время для работы.

— Вот как? — с ехидцей произнес Джей. — В таком случае почему ты лодырничаешь? Почему тратишь драгоценные минуты утреннего времени на общение со мной? И лишаешь меня не менее драгоценного сна! — гневно закончил он.

— Я мог бы и не звонить тебе, — заметил Чарли тоном, который показался Джею странным. — Только не уверен, что потом ты не обвинил бы меня в… — Внезапно он умолк и весело усмехнулся. — Постой, а почему это ты, собственно, до сих пор валяешься в постели? Забросил дела и почиваешь, как какой-нибудь посредственный мазила! По-моему, всякий уважающий себя бизнесмен спозаранку должен быть на ногах.

— Как ты, например?

— Хотя бы!

Чарли тоже считал себя бизнесменом. И не безосновательно: беря пример с Джея, который редко упускал возможность приобрести какой-нибудь полезный для гостиничного бизнеса объект, Чарли не так давно купил в соседнем городке Левенпорте прибрежный ресторан. И хотя заведение было небольшим, тем не менее успехом среди туристов пользовалось. К тому же, следуя советам более опытного в подобной сфере деятельности Джея, Чарли ввел в ресторане некоторые новшества и улучшения, что увеличило приток посетителей. В настоящее время перед Чарли стоял вопрос о расширении зала, над которым он размышлял сутки напролет, и в результате даже начал жаловаться, что ресторанный бизнес отрывает его от творческих занятий. В ответ Джей приводил и без того известную Чарли историю своего отца, которого неожиданно оставило вдохновение и с тех пор он больше не смог написать ни единой картины, способной пополнить ряды произведений искусства.

— Разумеется, я тебе ничего подобного не желаю, но в случае чего, владея рестораном, ты не останешься за бортом жизни, — добавлял Джей.

Сейчас он лишь рассмеялся, услышав в свой адрес намек на непрофессиональное ведение дел. Причем от кого! От человека, которому проще написать картину, чем решить несколько элементарных проблем чисто технического характера.

— Уважающему себя бизнесмену, — с нажимом произнес Джей, повторяя слова Чарли, — вовсе не нужно вскакивать ни свет ни заря и мчаться руководить своим предприятием. Достаточно единожды наладить процесс, а потом жить спокойно, лишь периодически проверяя, как идут дела.

— Да? — В голосе Чарли явственно прозвучало сомнение.

— Да! — уверенно подтвердил Джей, хотя были времена, когда он думал иначе.

— То есть ты хочешь сказать, что можно так все устроить, что и мой ресторан будет функционировать, и сам я, наконец, вновь обрету возможность нормально работать у себя в студии?

На этот раз вопрос окрасился нотками робкой надежды, и Джей понял, что Чарли действительно испытывает дискомфорт из-за необходимости разрываться между рестораном и творчеством.

— Боже правый! Что же ты раньше мне не сказал о своих мучениях?! — воскликнул он.

— Я пытался посоветоваться с тобой, но ты все превращал в шутку.

Джей нахмурился.