Читаем Злые стволы полностью

— Абсолютно! Если вам будет недостаточно ваших сил — возьмите любое подразделение! Ищите! И найдите! Не зря же мы положили здесь столько людей.

— А может, попробовать допросить пленных? Кому, как не им, знать о месторасположении склада. Они же сами его копали…

— Нам некого допрашивать! — зло ответил генерал.

Саперы вдоль и поперек прошли лагерь, внимательно осматривая каждый метр грунта. Безрезультатно прошли.

— Ничего нет! — доложили они.

— Ищите!

— Но если бы здесь что-то было, мы бы обязательно увидели. Бункер, вырытый в земле, нельзя спрятать так, чтобы его невозможно было заметить. Должен быть нарушен травяной покров, должны остаться отвалы земли. Здесь ничего такого нет!

— Вы лучше думайте, как искать, а не обосновывайте невозможность поиска, — сказал генерал. — Ищите!

— Как долго искать?

— Пока не найдете! Пока вы не найдете то, что требуется, вы будете находиться здесь! Хоть до зимы! А потом перезимуете и будете искать дальше! Я ясно выразил свою мысль?

— Так точно!

Саперы повторили поиск, на этот раз использовав миноискатели. Они разбили лагерь на квадраты и стали проверять каждый из них в отдельности. Буквально по сантиметру.

И нашли броневую плиту.

— Есть, — доложили они.

— Что есть?

— Металлическая плита, которая предположительно закрывает вход в бункер.

— И что? И почему вы прекратили дальнейший поиск?

— Она наверняка заминирована.

— Так разминируйте!

— Мы не знаем системы минирования и можем ошибиться… А пленных, которых можно было бы допросить, — нет.

— Что вы предлагаете?

— Мы ничего не предлагаем. Мы доложили о результатах поиска.

— Хорошо, поставим вопрос иначе. Что бы вам могло помочь в этой ситуации?

— Помочь? Дополнительная информация. Нам желательно узнать площадь и расположение внутренних помещений. Причем узнать это, не тревожа целостности конструкции.

— Я понял, — сказал генерал. — Будут вам внутренние помещения, — и вызвал дежурного связиста.

— Срочную шифрограмму в управление. Через пять часов из Москвы военным истребителем были доставлены ультразвуковые приборы поиска полостей и миниатюрные телекамеры. Первые предназначались для обнаружения тайников во время обысков, вторые — для скрытой визуальной слежки. Но и те и другие могли пригодиться здесь, в тайге.

Операторы обследовали прилегающие к бронеплите территории и начертили план скрытых в грунте пустот.

— Здесь вход, здесь тамбур, здесь основное помещение. Ширина… длина… глубина…

— Теперь бурите вертикальные скважины, — приказал генерал.

— Какого диаметра? — спросили саперы.

— Диаметра — с карандаш.

Саперы аккуратно проковыряли землю, просверлили накаты бревен.

Над бункером установили мониторы. В отверстия опустили тонкий кабель. Саперы и операторы приникли к экранам.

— Какие-то ящики…

— Вас должны не ящики интересовать, а мины. Ищите то, что вам нужно найти.

Опуская, поднимая и поворачивая миниатюрные телекамеры, саперы осмотрели каждый сантиметр пола, стен и потолка.

— По всей видимости, в конструкцию бункера заложены неизвлекаемые заряды, — дали они малоутешительное заключение.

— Как понять «неизвлекаемые»?

— Неизвлекаемые — это значит неизвлекаемые. При любом их шевелении или нарушении целостности самой подземной конструкции произойдет взрыв.

— А если со стороны пола? Если, к примеру, подвести подкоп?

— Все помещение наверняка опутано взрывателями натяжного действия. Как муха паутиной. Такими тонкими, почти незаметными нитями. Если их задеть…

— И что, ничего нельзя сделать?

— В полевых условиях, если не знать коды и места установки зарядов, — наверное, ничего. Если только подорвать их на месте…

— Взрыв исключается. Саперы развели руками.

— Тогда ничего. Любое масштабное проникновение в помещение вызовет сработку взрывателей.

И тогда…

— Что можно сделать не в полевых условиях? Как возможно снизить чувствительность взрывателей?

— Заморозить или зафиксировать во взведенном состоянии каким-то другим образом.

— Каким?

— Любым. Хоть зацементировать… Генерал вызвал дежурного.

— Попросите Москву узнать у химиков о всех материалах, имеющих жидкую или газообразную форму и способных застывать в монолит при температуре 10–20 градусов Цельсия.

— Когда нужен ответ?

— Ответ нужен… вчера.

Через три дня катер подогнал к берегу баржу с десятком небольших, оранжевой расцветки цистерн. Цистерны вкатили на берег и расположили над бункером.

— Что это? — спросил генерал своего прибывшего вместе с грузом помощника.

— Какой-то новый быстрозастывающий пластик. Ну, тот, что вы просили.

— Ты уверен, что сработает?

— Химики уверяли…

К цистернам подсоединили тонкие шланги, которые по ранее пробуренным и предназначенным для видеокамер шурфам опустили в бункер.

И открыли краны.

Ничего не произошло. Не было слышно даже шипения. Но через два часа шланги вытянуть обратно было невозможно. Попытались просунуть внутрь тонкий стальной прут, но он наткнулся на какое-то непреодолимое препятствие.

Внутренние пустоты заполнил и намертво сцементировал застывший пластик. В том числе десятки тянущихся к взрывателю проволочек. И спусковой механизм самого взрывателя.

— Разбирайте крышу, — приказал генерал.