Шесть бойцов лежали в болоте, обложенные со всех сторон превосходящими силами противника. Лежали по уши в грязи. И изредка стреляли. Но все реже и реже. Потому что патроны были на исходе.

— Смотри. Еще один.

— Ну и хрен с ним. Пусть ползет. У меня все равно магазин пустой.

— А чего они не стреляют?

— Оттого и не стреляют, что живыми взять хотят!

— Слушайте, а Петра кто-нибудь видел?

— В начале боя видел. У штаба. А потом нет…

— Убили Петра.

— Ты откуда знаешь?

— Сам видел. Его рядом со мной положили. Снайперы.

— Сволочи! Откуда они только взялись?

— От папы с мамой… Все замолчали.

Со стороны наступающих раздался усиленный мегафоном голос:

— Мужики, кончайте ваньку валять! Выбирайтесь. Все равно вам деваться некуда.

— Как немцы в кино… — усмехнулся один из загнанных в болото бойцов. — Мы будет обещать вам жизнь и горячий кофе…

— Слышь, ребята! Ну что вы, в самом деле! В одной стране живем! На одном языке говорим. Все братья славяне. На хрена вам голову подставлять? Не война ведь. Выходите. Нам жратуху привезли. Мы вам оставили.

— А вот и кофе…

— Да пошел он!

Бойцы лежали, отгоняя от лиц комаров, и каждый думал о своем. В том числе и о кофе.

— А может, попытаемся прорваться?

— С чем? С чем прорваться? С пятью патронами в обойме. Против пулеметов? Не молоти чепухи.

— Черт! Но ведь обидно же. Вот так вот. В грязи.

— А ты на кофе согласись! Тогда через пять минут будешь хлебать из чистой чашки…

— Отставить разговоры! — приказал командир. — Смотрите лучше, чтобы они ближе не подобрались.

А чего смотреть. Тут смотри не смотри…

— Эй, в болоте, — снова крикнул мегафонный голос. — Кто у вас старший? Пусть откликнется! Пусть выйдет на переговоры. Мы стрелять не будем…

Все посмотрели на командира. Он отрицательно мотнул головой.

— Нет у нас старших. Мы все старшие! — крикнул в ответ один из бойцов.

— Ну раз вы все старшие — вам пять минут на размышление! Через пять минут мы начнем зачистку.

— Пугает, сволочь.

— Да нет, похоже, серьезно.

— Минута! — начал отсчет голос.

Все молчали, поглядывая на командира. Тот сидел, ни на кого не глядя, напряженно сжимая в руках направленный в сторону своих бойцов автомат.

Страхуется командир. На случай кофе.

— Закурить у кого-нибудь есть?

— Откуда! Все промокло!

— Жаль…

— Две минуты!

Можно, конечно, было бы и встать. Но командир не даст. И потом еще неизвестно, что ждет там, у противника. Может, даже и не кофе. А допрос с пристрастием. Тогда лучше здесь. Без горячего кофе и даже без курева.

Кроме того, на них, представив их какими-нибудь беглыми дезертирами, могут списать всех тех покойников, что здесь случились. Надо же их на кого-нибудь списывать. А это значит — зона…

— Три минуты!

Итого в остатке сто двадцать секунд. А потом что? Что потом?.. Дождаться ночи и попробовать улизнуть под прикрытием темноты?

— Две…

— Приготовиться к бою! — скомандовал командир.

Бойцы подтянулись, выдвинули из-за случайных укрытий стволы.

— Один! Ну что, мужики, не передумали? Тогда пеняйте на себя.

Вдали, на болоте, поднялись фигуры в тяжелых бронежилетах и касках с пуленепробиваемыми забралами. Таких только из снайперских винтовок в ноги и случайные щели бить. Или куда угодно из гранатометов.

— Как мы с ними управимся? Командир?

— Как-нибудь! — ответил командир. — Приготовиться к бою!

Бойцы снова отвернулись, наблюдая свои секторы обстрела. И передернули затворы автоматов.

Как же против таких выстоять? Никак не выстоять. Растопчут, как тяжелые танки. А ты на их броне царапины не оставишь… И на что только надеется командир?

Командир уже не надеялся. Командир взвешивал все «за» и «против». И принимал самое тяжелое в своей жизни решение.

— Подпустите их ближе, — сказал он.

— Они и сами подойдут, не спросят… Наверное, подойдут… Наверняка подойдут… Командир поставил новый, полностью снаряженный и припрятанный им на крайний случай автоматный рожок. Еще раз внимательно осмотрел поле боя. И отвернулся. От наступающих вражьих цепей. И отвернул автомат. В противоположную сторону. В сторону высматривающих противника бойцов.

И нажал на спусковой крючок.

Длинная очередь перерезала вверенный ему личный состав поперек тел. Они еще успели оглянуться, успели увидеть направленное на них дуло. И направленный на них взгляд. Взгляд своего командира.

Он выпустил еще одну длинную очередь, шевеля и терзая пулями уже мертвые тела. И отбросил ставшее не нужным оружие.

А потом вытащил гранату и выдернул чеку…

Он выполнил приказ. До конца выполнил. Избавив тем от обещанной в случае ослушания кровавой мести своим близким. И обеспечив им очень приличную денежную компенсацию, которую, в случае его гибели, гарантировал полковник.

Он верил полковнику. Верил, что тот выполнит данное ему слово. По крайней мере в части, которая касалась мести. Полковник всегда исполнял то, что обещал. Другого за ним не водилось…

Глава 62

— Ищите! — приказал генерал Федоров. — Все здесь перетряхните — а найдите. Он должен быть где-то здесь.

— Вы уверены? — спросили саперы.