Читаем Злые стволы полностью

Злые стволы

Андрей Ильин , Андрей Александрович Ильин

— Добро, — ответил генерал. — Только скажи им, пусть в драку не лезут. Это наше дело.

— Уже сказал.

Десантники и курсанты были последними из задействованных в операции армейских сил. Им назначалось сдерживать любопытствующее население, пытающееся проникнуть в запретную зону. И еще им назначалось быть живыми сигнальными датчиками, на которые мог напороться вырвавшийся из боя противник. Остановить его они бы, конечно, не смогли, но предупредить, ценой своей жизни, находящиеся в резерве силы быстрого реагирования — вполне. Десантники были удобнее электронных сигнальных средств, которые еще надо было монтировать. И дешевле.

Генерал очертил известную ему местность на карте жирным кругом.

Операция вошла в стадию завершения. Третье, внешнее, кольцо оцепления удавкой стянуло отведенную для боя местность. Вернее, еще не стянуло. Должно было стянуть. Завтра…

Завтра. Если все пойдет так, как запланировано.

— Время «Ч», — объявил генерал Федоров. И с небольшого воинского аэродрома поднялся самолет.

— Через полчаса будем над местом, — предупредил пилот.

— Через полчаса рано. Надо быть через сорок три минуты.

— А что же мне делать?

— Притормози. Или покружись над местом тринадцать минут…

— Может, четырнадцать?

— Тринадцать!

«Какая разница? — раздраженно подумал пилот. — Четвертью часа больше, четвертью часа меньше? Выпендриваются. Нагоняют значительность. Как я им „приторможу“? Я что, на шоссе в „Жигулях“ еду?»

Командир группы парашютистов начал отсчет времени. Сброс должен был произойти через сорок две минуты…

— Готовы? — спросил командир вертолета.

— Готовы! — показал большой палец старшина подводников.

— Захожу на посадку.

— Понял!

Вертолет провалился вниз сквозь густые, как кисель, облака.

— Не вижу сигнала! — крикнул пилот.

— Рано! Еще рано! Сигнал будет через полторы минуты!

Пилот пожал плечами. Может, конечно, и будет. Но как-то сомнительно…

Через полторы минуты снизу, из черноты леса, несколько раз мигнул направленный в небо световой луч. Сигнальщики прошли двести пятьдесят километров, чтобы в нужное время, в нужном месте несколько раз включить и выключить электрофонарик.

— Есть сигнал!

— Вижу, — показал пилот.

— Приготовиться к высадке.

Боевые пловцы поднялись, застегнули ремни аквалангов. Привычно щелкнули пальцами по манометрам. Потянули воздух из загубников. Защелкнули специальными карабинами автоматы. Проверили притороченные к ногам тяжелые водолазные ножи. И пистолеты, застегнутые в особую, для подводного плавания, кобуру. Подняли по очереди руки.

Первый готов.

Второй готов.

Третий готов…

— К выгрузке!

Вертолет завис над рекой. Командир подводников ткнул большим пальцем к земле.

— Ниже давай!

— Нельзя ниже! Опасно! — крикнул пилот. — Могу не вписаться несущими винтами.

— Еще хотя бы пару метров, — снова ткнул вниз и показал два пальца подводник.

— Только если прожектор включать! Темно! Не видно ни хрена!

— Нет. Прожектор не стоит!

Вспышка мощного источника света ночью читается за многие десятки километров. Может, конечно, повезет и ее не заметят. А может не повезти…

— Приготовить лебедку.

Первого пловца пристегнули к набалдашнику спускового устройства. Отпустили тормоз.

— Первый пошел!

Лебедка отмотала полтора десятка метров троса.

— Касание.

— Есть касание.

Отцеп первого подводника. Подъем троса. Второй подводник.

— Второй пошел!

— Третий пошел!

— Четвертый пошел…

Штурмовая группа выдвигалась на исходные. Впереди шли, расчищая путь, разведка и саперы. За ними, шаг в шаг, придерживая согнутые впереди прошедшими бойцами ветки, личный состав. Шли бесшумно и поэтому медленно.

— Успеем? — беспокоился замкомандира.

— Должны. Сто раз отрабатывали.

— Отрабатывали дома, в средней полосе. А здесь тайга.

— Один хрен — лес. Должны успеть! До выхода на рубеж атаки оставалось шестьдесят пять минут.

— Шестнадцатые над объектом, — доложили генералу Федорову. Парашютисты. В графике.

— Десятые на месте.

Подводники.

Успели.

— Девятнадцатые дают подтверждение. Сигнальщики.

— Седьмой, Девятый и Одиннадцатый — на рубеже атаки… Третий… Шестой… Восьмой… Двенадцатый… Постепенно, но все более набирая обороты, раскручивалась пружина операции «Река».

— Над местом!

В самые глаза красным замигала лампочка.

— Первый готов?

— Готов.

— Пошел, — скомандовал командир парашютистов, подталкивая своего бойца к черному провалу выхода. К зияющей под ногами трехкилометровой пустоте.

Шаг вперед. И падение. Падение в ночную преисподнюю.

Второй пошел.

Третий пошел.

Четвертый…

Почти без интервала. Чтобы не разбросаться по сторонам. Не разлететься в темноте. Чтобы еще в воздухе свестись в одно боеспособное подразделение.

Все.

И последний прыжок — командира.