Читаем Женихи полностью

Елкан. Тут Караби что-то плел… Ничего я не понял… Говорит — одна жертва… кого-то зарезали…

Вера(смеется). Нет, нет, Елкан, не беспокойтесь… Это он корову имел в виду…

Елкан. Корову?..

Вера. Ну да… Одна бодливая из нового стада скатилась с Рамин-горы.

Елкан. Подохла?

Вера. Газак и Караби под ливнем побежали. Зарезали ее. Елкан. Ну, это не такая уж беда. А я на рассвете с косарями в тревоге выехал… Ну, а корова косарям на мясо пойдет.

Вера. Косари, говоришь?

Елкан. Да. Человек шестьдесят поехали на двух машинах. И еще столько же едут. Надо скосить и старые, и новые луга.

Вера. А людей-то хватит?

Елкан. В поле сейчас работы нет… Впрочем, нет худа без добра. Весть о том, что наши соседи хотят отобрать у нас ущелье, взбудоражила всех колхозников. Все согласились косить!

Вера. И хорошо, пусть скосят все, чтобы наши соседи не зарились, и скотина зимой не будет дохнуть без кормов.

Елкан. Кстати, Вера, косари неделю будут жить здесь. Их надо будет кормить…

Вера. Как? Здесь жить, в это домике? Не вместятся…

Елкан. Ночевать будут там, в палатках, а пищу им готовить надо здесь. Человек на сто — сто двадцать!..

Вера. Ой-ой-ой! А посуда? На сто двадцать!..

Елкан. На одной из машин едут женщины. Там и посуда… Управитесь с такой задачей? Конечно… будет трудно…

Вера. Трудно, очень трудно будет, но ради дела обойдемся… справимся, Елкан… Только продукты…

Елкан. Тоже предусмотрел… Везут… А эта бодливая корова, которую, как сказал Караби, шандарахнуло, кстати, принесла себя в жертву. Мы еще с председателем думали о мясе для косарей. Где она?

Вера. Караби сказал, что повесили в холодной пещере.

Елкан. Надо привезти ее сюда… Жаль, нет пока зоотехника… Как переговоры с Заирой?

Вера. С Заирой поговорить поручили Газаку.

Елкан. Ну и как? Говорил он с ней?

Вера. Не знаю, но, кажется, встречался с ней, а чего добился, не сказал. Да, Елкан, а этого бурдюка-выпивоху Купри зачем привез?

Елкан. Думаю, пригодится.

Вера. Куда он годится? С таким животом косить!..

Елкан. А где он? Я же его с косарями посадил.

Вера. Вон, на кухне шныряет.

Появляется Купри.

Купри. Эй, Фалваре… зачем ты меня привез?

Елкан. Почему ты здесь? Или тебя выбросили из машины?

Купри. Кто посмеет выбрасывать такое сокровище, как я! Ты, как князь, вылез из кабины, я — из кузова, ты в тревоге, я — в берлоге. Но я тебя спрашиваю: зачем ты меня привез в этот дремучий лес?

Елкан. Ты по поминкам в селе сапоги стоптал…

Купри. Ты о сапогах думал или обо мне?

Елкан. Не о сапогах, а о тебе. Чтобы ты хоть здесь очухался…

Купри. А что я здесь не видел? Или среди здешних зверей моей породы не хватает? А что мне есть-то? Воздухом питаться или листьями с желудями?

Вера. Для твоей породы желуди — подходящая пища.

Купри. Желудями сама питайся, а на кухне у тебя мыши рот не на что раскрыть, ни крошки не нашел…

Вера. Значит, всюду обшарил?

Купри. Да… Елкан, ты покровитель животных, прирежь одного телка…

Елкан. Погоди, погоди… У тебя не голова мыслит, а желудок… Потерпи.

Купри. И голову желудок кормит…

Вера. Пойдем в дом, Елкан. Я что-нибудь приготовлю. От него так не отвяжешься.

Купри. Вот это другой разговор… Пойдем, хозяйка. Бросать меня нельзя. (Быстро идет в дом.)

Вера. Видите, на что он годится… только продукты переводить…

Елкан. Ночным сторожем его поставим.

Вера и Елкан входят в дом. Слышится блеяние овец, коз, окрики пастухов. К мосту подходят Газак, Сараби.

Сараби. О чем ты говоришь, Газак? Я тебя не понял. Зачем сейчас согнали сюда стадо? Здесь всю траву словно сбрили овцы.

Газак. Ну как ты не поймешь?.. Меня наше начальство уполномочило переговорить с одной женщиной. Понимаешь?

Сараби. Здесь, в лесу? Что этой женщине здесь, в лесу, делать? Что она, колдунья? Или ее сватают за кого-нибудь?

Газак. Да, да, она нужна всему колхозу.

Сараби. Ха-ха! Как — всему колхозу?

Газак. Она вдова и еще носит траур… Надо, чтобы она согласилась быть зоотехником в нашем колхозе.

Сараби. Зоотехником к нам?..

Газак. Да. Ее зовут Заира. Она раньше у нас работала в той же должности. Понимаешь? Слышал ты это имя?

Сараби. Слышал. Говорят, при ней, мол, число скота все увеличивалось, а при Муртазе сильно сократилось… Так это она?

Газак. Да, она. Новый председатель прогнал этого Муртаза…

Сараби. Давно бы надо выгнать!

Газак. Так вот, меня уполномочили переговорить с ней, уговорить вернуться к нам…

Сараби. Тогда тебе надо ехать в село, к ней домой…

Газак. Зачем еще в село? Она сама должна прийти…

Сараби. К тебе?

Газак. Не ко мне, а к могиле мужа. Во-он под той горой могилу видишь?.. К годовщине его смерти она заказала мраморный памятник. Видел, как ставили?

Сараби. Вот теперь я тебя понял… Говорят — красивая.