Читаем Завет Света полностью

В стремлении увековечить память своего кумира и явить его образ миру, ведомые Тьмой окружили себя подобиями соблазнителя и символами Тьмы. Скульптурные истуканы, изображения, названные и переименованные географические объекты, заполнив страну, посредством имеющейся между подобиями связи, позволили Тьме стать вездесущей. Символы Тьмы, став государственными и обязательными для каждого гражданина, связали с Тьмой каждого человека.

Любой напоминающий о соблазнителе объект укрепляет Тьму в ее владении, удерживает поверхность мира в единении с основанием ее царства, в центре которого лежит его тело, символ и залог ее власти. Вся территория страны вместе со всеми живущими на ней людьми лежит во Тьме. Ни жилые строения, ни люди в своей повседневности не поднимаются выше вершин кремлевских башен.

Никто не сознает таящуюся в гробнице опасность. Эпоха, которую многие считают окончившейся, продолжается, поскольку сохраняется ее символ, знак одержимости общества ложными идеями. Лишенная прежнего почтения, гробница сохраняет притягательность некоего экзотического зрелища. Желание посетить ее следует понимать как наваждение, цель которого- упрочнение уже имеющейся опасной связи. Гробница- ловушка, поставленная Тьмой в обитаемом мире.

По слабоволию или незнанию человек разрушает себя и свое окружение. Не имея охраняющей веры, не соблюдая установлений, человек влечется к своей гибели телом и душою. Утрата веры сделала человека беззащитным перед злоумышляющим началом, которое различает церковь и от чьих посягательств она защищает. С отменой веры зло как бы перестало существовать, на самом деле став ближе. Неразличаемое зло стало привычным.

Человек должен сознавать возможность совершения собою проступков: плоть слаба и послабление ей отягчает душу, стремящейся быть совершенной. Допущение проступка немыслимо без существования общепринятых установлений, организующих и ограничивающих поведение человека. Норма должна единственным образом определять и разграничивать добро и зло и быть неподвластной желанию отдельных личностей оправдать собственную слабость ее переопределением. Роль такой нормы выполняли заповеди, данные Богом для блага человека и имевшие пред другими законами наивысшую значимость. И эти заповеди человек самовольно отменил вместе с отречением от Него. Отрицая Его и не веря в Него человек, однако, допускает наличие в себе души. Но что есть душа и зачем человеку она, если нет Бога?

Бог доверил человеку хранить Его Свет. Жизнь для человека- исполнение своего предназначения и испытание на соответствие ему, на верность Ему и на свою прочность. Важно сохранить себя в жизни и по окончании ее вернуться к ее Началу. Бог заинтересован в равно полезном Себе и человеку исходе испытания. И потому установил посильные правила и выстроил по ним путь, возвращающий человека к Нему. Бог не оставляет человека, исполняющего Его волю, дает силы перенести испытания и посылает человеку испытания по его силам: «верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести.» (1Кор 10:13) «Претерпевший же до конца спасется.» (Мк13:13) Поступая по заповедям, в утверждение которых Бог допустил распятие Своего Сына, человек остается в вершине символической пирамиды и сохраняет доверенное в неприкосновенности.

Ища доступ к доверенному, Тьма обещанием приятного соблазняет человека совершить непозволительное. И как нить рвется в самом тонком и слабом месте, так и человек соблазнившись, обнаруживает перед врагом свою слабость. Действуя через слабину, Тьма со временем сильнее подчинит своей воле. И этому состоянию соответствует нахождение образа человека внутри пирамиды. Восполнить недостаток получаемого Света, находясь в пирамиде, можно только дальнейшей тратой своего неприкосновенного запаса. Человек ускоряет свое разрушение и еще сильнее подчиняет себя чуждой воле.

Тьма направляет человека к гибели, утрате души. Внимание человека удерживается на приятной стороне происходящего с ним. Появляются мысли о естественности и неизбежности событий: жизнь дается человеку только раз, так будем же наслаждаться ею, не ограничивая себя ни в чем, ибо завтра умрем. И все же такое отношение к жизни ненормально для человека и тяготит его. Возможны даже метания в поисках выхода из этого сжимающегося кольца ложных условностей. Выбирая свободу исходя из ложных принципов, человек выбирает для себя клетку меньше той, от которой он предпочел отказаться.

Понять истинную причину происходящего и найти избавление от тяготящего бремени последствий, не имея ориентиров, невозможно. Нельзя, находясь во Тьме, постичь истину, разоблачающую ее. Потому как всякое царство, разделившееся само в себе, опустело бы. (Мф 12:25) Под влиянием Тьмы человек нарочно одурманивает свое сознание, торопя себя к животному состоянию. Полностью овладев человеком, Тьма лишает его разума и ломает волю. И тогда становится невозможно ни вырваться из пут, ни осознать весь ужас совершившегося.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное
Тильда
Тильда

Мы знаем Диану Арбенину – поэта. Знаем Арбенину – музыканта. За драйвом мы бежим на электрические концерты «Ночных Снайперов»; заполняем залы, где на сцене только она, гитара и микрофон. Настоящее соло. Пронзительное и по-снайперски бескомпромиссное. Настало время узнать Арбенину – прозаика. Это новый, и тоже сольный проект. Пора остаться наедине с артистом, не скованным ни рифмой, ни нотами. Диана Арбенина остается «снайпером» и здесь – ни одного выстрела в молоко. Ее проза хлесткая, жесткая, без экивоков и ханжеских синонимов. Это альтер эго стихов и песен, их другая сторона. Полотно разных жанров и даже литературных стилей: увенчанные заглавной «Тильдой» рассказы разных лет, обнаженные сверх (ли?) меры «пионерские» колонки, публицистические и радийные опыты. «Тильда» – это фрагменты прошлого, отражающие высшую степень владения и жонглирования словом. Но «Тильда» – это еще и предвкушение будущего, которое, как и автор, неудержимо движется вперед. Книга содержит нецензурную брань.

Диана Сергеевна Арбенина , Алек Д'Асти

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы