Читаем Записки музыковеда 3 полностью

С этого времени Пуччини — один из самых популярных композиторов в мире. Его оперы идут на 4 континентах. На их постановки маэстро приглашают в Египет и Великобританию, США и Аргентину, Уругвай и Венгрию. Следующую работу Пуччини ждал главный театр Италии — Ла Скала. Премьера «Мадам Баттерфляй» 17 февраля 1904 года стала самым оглушительным провалом в жизни маэстро. Его причиной была не гениальная музыка, а банальные вещи: происки конкурентов (издателем Сонцоньо была подкуплена оперная клака, которая просто «забукала» поклоны), и полуторачасовой второй акт, оказавшийся слишком длинным и утомительным для миланской публики. Пуччини снял оперу с репертуара и принялся за переделку. Этому решению мы обязаны появлением одной из лучших сцен в искусстве, когда Баттерфляй всю ночь ждет Пинкертона. Опера стала трехактной и с успехом пережила свою вторую премьеру в Брешии 28 мая того же года. В главной роли выступила молодая украинская певица Соломия Крушельницкая. Спустя несколько дней она получила в подарок портрет композитора со следующей надписью: «Самой великолепной и очаровательной Баттерфляй. Джакомо Пуччини, Торре дель Лаго, 1904». В этом году, после смерти мужа Эльвиры, они с Пуччини обвенчались.

Своих любимых героинь Пуччини называл «маленькими влюбленными женщинами». Все они оказываются жертвами собственных чувств, которые приводят их к трагической гибели: Манон Леско, Мими, Сестра Анжелика, Лиу. Но образ Чио-Чио-Сан, «маленькой японочки из Нагасаки», утверждающий высокие нравственные идеалы, — самый сложный и многогранный в галерее пуччиниевских женских характеров. К тому же Пуччини стал первым из первых европейских композиторов, обратившихся к японскому сюжету. Чтобы как можно достовернее передать в музыке локальный колорит, он использует подлинные японские напевы, применяет необычные сочетания звуков, хрупкие, звенящие оркестровые тембры.

«А как поют индейцы?» — спрашивал себя композитор, посмотрев в Нью-Йорке драму Беласко «Девушка с Золотого Запада» из жизни калифорнийских золотоискателей. Он загорелся идеей оперы на этот сюжет, и Рикорди получил у драматурга право на ее создание. Композитор с присущей ему тщательностью работал с Карло Дзангарини над либретто, затем приступил к написанию музыки.

Но тут разразился скандал, надолго прервавший эту работу. По описанию современников, Эльвира Бонтури была привлекательной женщиной, но имела сложный характер. Пуччини был мягче и оптимистичнее. Его считали красавцем: высокий, широкоплечий, с приятным негромким голосом, любезный и всегда элегантно одетый. Амурные приключения его были многочисленными, но супруга до поры до времени скрепя сердце терпела их. Однако 1909 год ознаменовался неожиданным трагическим событием: покончила с собой Дория Манфреди, горничная семьи Пуччини. Причиной этого поступка стали подозрения Эльвиры в связи супруга с этой девушкой. Экспертиза установила, что Дория не состояла в отношениях с мужчинами. Родители девушки подали в суд на Эльвиру. Пуччини потребовалось немало сил и денег, чтобы замять скандал.

Наконец 10 сентября 1910 года состоялась премьера в Метрополитен опера, проходившая в обстановке сенсации, с поистине американским размахом. Дирижировал Артуро Тосканини, одну из главных партий исполнял Энрико Карузо. Была организована небывалая рекламная компания. Впервые европейский композитор такого уровня давал премьеру не в одном из театров своей страны, а на другом континенте, там, где и происходит действие оперы. Пуччини совместил традиции итальянского исполнения с народной американской мелодикой, что не могло не подкупить нью-йоркскую публику. После США «Девушку с Запада» начали ставить европейские театры, но популярности своих предшественниц опера все же не достигла.

Второе десятилетие XX в. было трудным для Пуччини. Гнетущая обстановка первой мировой войны заметно ослабила его творческую активность. Лирическая комедия «Ласточка» не стала крупным художественным достижением композитора. Перебрав множество различных сюжетов (среди них и произведения русской литературы — Л. Толстого, М. Горького), Пуччини приходит к идее цикла, состоящего из трех контрастирующих друг с другом одноактных опер, перекликающихся с трилогией Данте: ужасы, мистика и фарс. Так родился «Триптих», первая опера которого, «Плащ», была человеческим адом, «Сестра Анжелика» — чистилищем, а «Джанни Скикки» — раем. Опера «Плащ» основана на стремительном развитии драмы любви и ревности. «Сестра Анжелика» — лирическая середина, повествующая о печальной судьбе молодой монахини, — выдержана в мягких, приглушенных тонах.

И наконец, искрометный финал — веселый, озорной, в духе старых комических опер — «Джанни Скикки», сюжет которого навеян строками из «Божественной комедии» Данте.

Получившей восторженный прием на премьере в Нью-Йорке, этот шедевр Пуччини и до сих пор сохраняет свое значение лучшей части цикла. А Ария Лауретты стала одним из самых исполняемых в мире концертных номеров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика