Читаем Записки музыковеда 3 полностью

Сонатная форма явилась самой совершенной и разработанной музыкальной формой на протяжении почти трех веков — со времени, переходного от эпохи барокко к классическому периоду (середина XVIII века), и практически до наших дней. Особенность сонатной формы по сравнению со всеми прочими заключается в том, что ее основная идея — конфликтность и динамика развития — они, в отличие от других музыкальных форм, имеют в сонатной определяющее идейное значение. Кроме того, это единственная форма, где драматизм выражается чисто музыкальными средствами (в отличие, например, от оперы, где присутствует слово, драматическая игра актеров, костюмы, декорации).

Структура сонатной формы в подавляющем большинстве случаев трехчастна. То есть, произведение или его отдельная часть, написанные в сонатной форме, имеют, как правило, три четко выраженных раздела: экспозиция, разработка, реприза. Причем, по материалу экспозиция и реприза сходны между собой, а разработка представляет собой нечто отличное от них. Условно это можно изобразить так:

А —------- В----------А1

Экспозиция Разработка Реприза

В экспозиции происходит представление тематического материала произведения или его части. В разработке этот материал развивается. В репризе он снова повторяется в исходном или изменённом виде.

Попутно мне бы хотелось сделать разъяснение по поводу двух понятий, очень важных для сонатной формы. В каждом разделе этой формы можно выделить темы и партии. Это отнюдь не одно и то же. Тема — это самостоятельное мелодическое образование, а партия — часть формы, законченный раздел экспозиции, разработки, репризы (главная партия, побочная партия и т. д.). В партии может быть и несколько тем (например, в главных партиях некоторых сонат Моцарта их бывает до пяти).

Экспозиция

В экспозиции (в ее классическом, наиболее типичном виде) неизменно присутствуют четыре раздела, или партии. Они не равновелики по масштабам, но имеют равно важное значение для показа основного материала формы, установления ее идейного содержания и для зарождения последующего драматического конфликта. Порядок их таков:

Главная партия — Связующая партия — Побочная партия — Заключительная партия.

Иногда экспозиции предшествует короткое вступление, роль которого — вводная.

В экспозиции обычно сразу излагается главная партия. Главной эта партия является потому, что в форме она несет основную идейную нагрузку. Она всегда звучит в главной тональности, то есть тональности, господствующей и наиболее устойчивой во всем произведении. Эта тональность впоследствии будет окончательно утверждена в репризе и коде. По ней обозначается и тональность всего сочинения, например: Моцарт. Симфония «Юпитер» До-мажор. Обычно главная партия бывает лаконична по изложению, устойчива в тональном отношении, но в ней, как правило, благодаря сопоставлению контрастных элементов уже заложен будущий конфликт (единство и борьба противоположностей). Вспомните, например, начало (главную партию) Пятой симфонии Бетховена. Краткий мотив, олицетворяющий фатум, судьбу противопоставляется энергичной теме, знаменующей героическое начало, готовность противостоять року.

Цель связующей партии — совершить переход к побочной. В этом отношении Казиник очень верно сравнивает ее с дорогой. Добавлю, что это дорога, сулящая интересные, иногда опасные приключения. Обычно здесь сразу, не дожидаясь наступления побочной партии, устанавливается неустойчивость, предвосхищающая будущий конфликт. Как правило в связующей партии, несмотря на ее краткость, присутствуют три этапа: пребывание в главной тональности, собственно переход и краткое пребывание в новой тональности. Образ, заключенный в связующей партии, тоже обычно контрастен образу главной. Но темы самостоятельной чаще всего связующая партия не имеет, а строится на несколько преображенной теме главной партии. Иногда, правда (у Моцарта), связующая партия сразу начинается в новой тональности, сразу углубляя конфликт.

Таким образом, в результате развития материала главной партии появляется побочная. В подавляющем большинстве случаев она во всем противостоит главной. Прежде всего, она излагается в контрастной тональности. Если тональность произведения мажорная, то это чаще всего доминантовая тональность. Если минорная — то обычно параллельная мажорная, т. е. тональность, имеющая такое же количество ключевых знаков. В любом случае, это тональности хоть и близкие, но неустойчивые по отношению к главной, составляющие контраст к ней.

Противостоит побочная партия главной и в образности. Она как правило лирична. Природа ее более вокальна, гармонически менее устойчива по сравнению с главной. Обычно она и более протяженна, чем главная. Но при никогда этом не перевешивает её по смысловой нагрузке. Ядро сонатной формы все равно остаётся заключённым в главной партии.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика