Своего характера, чтобы стать харизматичным лидером, у Розенберга не хватало. Поэтому он стал ярым приверженцем Гитлера. И Гитлер это чувствовал. Особенно в первые годы нацистского движения, когда в общем и целом в партии были определенные трения и лидерство Гитлера было не совсем неоспоримым. Но он знал, что на Розенберга он может положиться, что Розенберг ему будет верен.

И он был верен — всегда и во всем. Когда Гитлер в 1923 году приказал Розенбергу развестись с женой, он сделал это беспрекословно.

Еще одно задание фюрера!

В 1933 году, после прихода нацистов к власти, Розенберг стал рейхсляйтером — получил под свое руководство Внешнеполитическое управление, целью которого была пропаганда нацизма во всем мире.

Он проявлял все больший интерес к внешней политике — одобрительно отзывался о сепаратистских движениях, особенно — о возможном отделении Украины от России.

Двенадцатого ноября 1941 года было объявлено о назначении Розенберга рейхсминистром по делам восточных оккупированных территорий. Гитлер сказал: «Розенберг, теперь настал ваш час!» В дневниках он писал об этом восторженно: «Фюрер дал мне еще одно задание! Фюрер дал мне управлять Россией!»

Фактически в его ведение были переданы все оккупированные территории Советского Союза, где существовала гражданская администрация. И на этих территориях по его фактически приказам совершались военные преступления, массовые расстрелы, преследование мирного населения.

Вот выдержка из протокола совещания Экономического штаба «Ост»: «Многие десятки миллионов жителей этих территорий станут избыточными — умрут или должны будут переселиться в Сибирь».

Розенберг записал в своем дневнике: «Окажется необходимой огромная эвакуация. Русский народ ожидают тяжелые времена».

Он ненавидел Россию, причем ненавидел ее на каком-то клиническом уровне — скорее всего, это все шло из его детского воспитания.

Показательно, что Розенберг активно выступал против сотрудничества с русскими эмигрантами. Он был убежден, что белое движение, которое существовало тогда в Европе, — это бомба замедленного действия. «Потому что они выступают за великую и неделимую Россию. А термин „великая и неделимая Россия“ — это антигерманский термин. Так же, как христианство».

Главный пункт программы Розенберга по разделу СССР — создание местных национальных правительств. Сформировать украинское правительство — все с тем же Бандерой, сформировать белорусское правительство, сформировать ряд правительств на территории России.

Жесткий оккупационный режим, проводимый Розенбергом, помогали поддерживать коллаборационисты и предатели. И зачастую зверства, которые они творили со своими согражданами, по жестокости превосходили захватчиков.

Особенно ярко это поведение проявилось в западных областях Украины, где орудовали дивизия «Галичина» и другие военные и полувоенные формирования, входившие в состав СС.

Идея Розенберга по поводу создания Украинской автономии, которая должна была выступить своеобразным противовесом всему русскому, не сработала. В конце концов, он, оставаясь министром восточных оккупированных территорий, фактически утратил контроль над ними.

К давнему оппоненту Розенберга Геббельсу, который отнял у него весь сектор пропаганды, добавились секретарь фюрера Мартин Борман и рейхскомиссар Украины Эрих Кох. Они окончательно лишили Розенберга власти. Это были более агрессивные люди, которые всегда, как потом выяснилось на Нюрнбергском процессе, относились к Розенбергу с презрением, считали его большим путаником, который держится на плаву только благодаря покровительству Гитлера. Они постепенно оттеснили его от фюрера.

В дневниках Розенберг все время жалуется на однопартийцев — и этот предатель, пишет он, и тот. Все уходит из-под его контроля.

Розенберг воевал со всеми. Каждый год он все больше и больше утрачивал позиции. И одна из последних записей: «У меня все рухнуло, там у меня больше нет ничего… Я прохожу по улицам моего родного города, и идут советские танки», — запись в дневнике.

Разбитые химеры

В Нюрнберге Розенберг был самым бесцветным подсудимым. Ни красноречия, ни харизмы.

Вот как вспоминал о Розенберге начальник Следственной части делегации Советского Союза Г. Н. Александров, который допрашивал Розенберга накануне процесса.