Читаем You Would Never Know (СИ) полностью

Гермиона снова взглянула на Северуса и взяла розу в руку. Несколько секунд она была всё такой же белой, а затем начала краснеть. Медленно, от основания, каждый лепесток краснел. Гермиона в восхищении замерла. По мере того как роза краснела, вверх по стеблю спиралями поднимались желтоватые искры. Когда эти искры соединились с самим бутоном, они поменяли свой цвет на ярко-алый, и, обойдя весь цветок до конца, взметнулись в воздух множеством вспышек. Искры беспорядочно заметались вокруг Гермионы, они летали вокруг её лица, шеи и рук. Сделав кучу оборотов вокруг девушки, они преобразились. В крошечных бабочек. Бабочки мягко запорхали подобно искрам, которыми они были секунду назад. Обвились вокруг неё, щекоча её кожу своими нежными крылышками. Через несколько минут они все взмыли в воздух и снова превратились в искры. Долетев до максимальной высоты, они начали спускаться, подобно салюту, окружив Гермиону куполом. А затем развеялись облаком блестящей пыли.

Девушка всё так же завороженно смотрела перед собой, а когда наконец поняла, что это чудо закончилось, посмотрела на Северуса. Улыбнулась, сладко и нежно, и сказала:

- Это лучший подарок в моей жизни, профессор.

Тот лишь улыбнулся и кивнул:

- Вы потрясающе выглядите.

Он проводил её до гостиной. Сразу почувствовал, что изнутри на комнату наложен не один десяток заклинаний, чтобы весь шум внутри не был слышен снаружи. Гермиона попрощалась с Северусом и, всё ещё сжимая розу в руке, нырнула в проём. Сам он возвращался восвояси с дико колотящимся сердцем. Такого с ним не было, даже когда он находился на смертном одре перед Волдемортом и его змеёй. Что за непонятная чертовщина с ним происходит? Это немыслимо. Нужно немедленно прекратить об этом думать. Ибо если он всё же будет размышлять об этом, скорее всего придет не к самому прекрасному исходу. А ему не нужны снова проблемы. Совершенно не нужны.

========== Chapter 8. Memories. ==========

На следующий день в гостиной Гриффиндора и в каждой спальне (кроме комнат первого-третьего курсов) был полный погром. Гарри лежал на кровати Джинни, но это ещё ничего. Рон тоже был примерно рядом с ними. Всего лишь под кроватью. Ещё кто-то лежал на полу, укрывшись сорванным пологом, а кто-то - в куче перьев из порванных подушек.

Видимо, Гермиона чувствовала себя лучше всех, поскольку ограничилась лишь сливочным пивом, когда все остальные, судя по запаху и их виду, пили ещё и огневиски. С улыбкой, девушка соскочила с кровати и, переступая через тела и мусор, отправилась в ванную. Приняла душ. Она чувствовала себя прекрасно, она была самой счастливой на свете. Никогда она не забудет подарок Северуса. Наверное, он просто так это, даже не думал, что на Гермиону это произведет хоть какое-то впечатление, но она была потрясена и восхищена. Даже придя в комнату усталой и измотанной прошлой ночью, она нашла в себе силы поставить розу в вазу. Для пущей безопасности, она оставила её в ванной. И это была хорошая идея.

Гермиона с радостью обнаружила, что все цветы и нераскрытые подарки оставили в неприкосновенности, и выскочила из гостиной.

В Большом Зале стол Гриффиндора пустовал. Первый, второй и третий курс, конечно, присутствовал, но всех остальных не было.

Гермиона села одна и положила себе тост и джем. “Как хорошо, что сегодня суббота, и ребятам не достанется от МакГонагалл”, - с улыбкой подумала девушка и откусила тост.

- Привет.

Она поперхнулась, услышав ставший знакомым голос. Гермиона повернулась к Драко Малфою, и сказала:

- И тебе доброе утро.

- Можно? - он указал на место рядом с ней.

Конечно, пора бы перестать удивляться новым качествам Малфоя, но Гермиона всё равно была в шоке, но кивнула. Она осмотрела стол Слизерина, там было полно свободных мест. Значит Малфой хочет сесть здесь исключительно для разговора.

- Как прошла вечеринка? - улыбнулся он.

- Эм, я, если честно, ушла оттуда.

- Почему?

- Я… я просто, ну, не очень люблю шумные места и, в общем, такие большие компании, - ответила Гермиона и смущенно улыбнулась.

- Ты открывала подарки?

- Нет ещё, я пока не успела, но сегодня займусь этим.

Драко кивнул, чуть отвернулся и задумался о чём-то. Что это с ним такое? И вдруг Гермиону осенило.

- Ты… ты что… Ты мне подарок сделал? - удивленно подняв брови, спросила она.

Драко бросил на неё секундный взгляд, затем снова отвернулся и почесал руку.

- Так да или нет? - настаивала она.

Он снова молчал и рассматривал стены. Да почему он не отвечает?

- Мал… - она осеклась.

Называть его по фамилии, когда он стал называть её по имени как-то невежливо.

- Ответь мне! - продолжила она.

Он повернулся к ней и посмотрел ей в глаза.

- Как меня зовут? - вдруг спросил он.

Гермиона испугалась. Она чуть покраснела и опустила глаза.

- Скажи, - попросил он.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мы против вас
Мы против вас

«Мы против вас» продолжает начатый в книге «Медвежий угол» рассказ о небольшом городке Бьорнстад, затерявшемся в лесах северной Швеции. Здесь живут суровые, гордые и трудолюбивые люди, не привыкшие ждать милостей от судьбы. Все их надежды на лучшее связаны с местной хоккейной командой, рассчитывающей на победу в общенациональном турнире. Но трагические события накануне важнейшей игры разделяют население городка на два лагеря, а над клубом нависает угроза закрытия: его лучшие игроки, а затем и тренер, уходят в команду соперников из соседнего городка, туда же перетекают и спонсорские деньги. Жители «медвежьего угла» растеряны и подавлены…Однако жизнь дает городку шанс – в нем появляются новые лица, а с ними – возможность возродить любимую команду, которую не бросили и стремительный Амат, и неукротимый Беньи, и добродушный увалень надежный Бубу.По мере приближения решающего матча спортивное соперничество все больше перерастает в открытую войну: одни, ослепленные эмоциями, совершают непоправимые ошибки, другие охотно подливают масла в разгорающееся пламя взаимной ненависти… К чему приведет это «мы против вас»?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Пикассо
Пикассо

Многие считали Пикассо эгоистом, скупым, скрытным, называли самозванцем и губителем живописи. Они гневно выступали против тех, кто, утратив критическое чутье, возвел художника на пьедестал и преклонялся перед ним. Все они были правы и одновременно ошибались, так как на самом деле было несколько Пикассо, даже слишком много Пикассо…В нем удивительным образом сочетались доброта и щедрость с жестокостью и скупостью, дерзость маскировала стеснительность, бунтарский дух противостоял консерватизму, а уверенный в себе человек боролся с патологически колеблющимся.Еще более поразительно, что этот истинный сатир мог перевоплощаться в нежного влюбленного.Книга Анри Жиделя более подробно знакомит читателей с юностью Пикассо, тогда как другие исследователи часто уделяли особое внимание лишь периоду расцвета его таланта. Автор рассказывает о судьбе женщин, которых любил мэтр; знакомит нас с Женевьевой Лапорт, описавшей Пикассо совершенно не похожим на того, каким представляли его другие возлюбленные.Пришло время взглянуть на Пабло Пикассо несколько по-иному…

Роланд Пенроуз , Франческо Галлуцци , Анри Гидель , Анри Жидель

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Прочее / Документальное