Читаем Выбор полностью

Постепенно прошла осень, она вторила моему настроению, и опадающие листья бесили меня больше всего. Когда я смотрел, как угасает лето, как увядают растения, мне становилось безумно тоскливо, но я старался прятать это в глубине своих мыслей. Если, все-таки это реальность, то они не должны страдать из-за моей болезни. Правильно говорят, что осень, это маленькая смерть. Да и вообще, мою жизнь, сложно было назвать жизнью, я задыхался в собственном беспомощном теле, но продолжал улыбаться, творить и играть. Это все, что у меня осталось. Даже улицу я видел лишь через окно. Все мои просьбы о небольшой прогулке, натыкались на каменную стену непонимания, и все что мне оставалось, это вновь погружаться в свой бред. Изредка, я подходил к окну, полностью открывал его, и стоял так пару минут, раскинув руки в стороны, вдыхая такой чистый воздух свободы. Пока кто-нибудь не врывался ко мне, чтобы закрыть окно и вновь сделать выговор. Компьютер стал моим лучшим другом, и множество текстовых файлов хранили мои мысли и чувства. Некоторые из них нашли отражение в книгах, некоторые навсегда потерялись удаленным один движением руки. Все, что мне осталось, это играть. Играть и жить теми придуманными не мной мирами, чтобы заглушить страшную тоску по Араону.

Всплывающее окошко оповестило меня, что установка завершена, и я впервые позволил себе подобие легкой улыбки. Рядом стояла кружка с горячим чаем, заваренным на ягодах, и сладкое печение. Посмотрев на улицу, мой взгляд зацепился за падающие снежинки, вот и настала зима. Настроение вновь скатилось ниже некуда, и я снова не заметил, как просидел пятнадцать минут, смотря в никуда. Врачи до сих пор не разрешили мне покидать дом, и я был вынужден все свое время проводить в комнате. Переведя взгляд на экран, я щелкнул на значок игры, что выглядел как голубой шар, и стал ждать, пока она запустится. Прошло от силы секунд пять, и я уже смотрел на стартовое меню, да после выбирал расу и класс, которыми решу покорять свой новый игровой мир. Ник я по стандарту ввел Дарт, последние события плотно связали меня с этим именем, что я перестал считать его просто ником. Да и на свое имя я очень часто не откликался, привык, что в коме меня звали по-другому. И только печально усталый взгляд матери, на эти ярко выраженные последствия комы, заставляли меня держать себя в руках и следить за своими действиями. Боюсь даже представить, какого ей, когда сын, спустя столько лет комы, пришел в себя, но стал совсем другим. Внизу экрана загрузки, побежал ползунок в виде темных лепестков огня, и я не спускал с него взгляда. Наконец он достиг финиша, и экран погас, чтобы спустя секунду, в середине его появилась маленькая красная точка, которая пульсируя, становилась все больше. Когда красный шар заполнил весь экран, я стал любоваться теплым цветом и игрой различных оттенков. Все это сопровождалось тихой фоновой музыкой, но и она затихла. После шар на мгновение изменил цвет на синий, а следом вновь на красный. Мигание продолжалось от силы секунд десять, но вскоре вновь вернулся к своему чистому синему оттенку.

— Дарт, наконец-то я смог до тебя достучаться, — раздался из колонок усталый голос. — Араон ждет тебя.