Читаем Выбор полностью

Не знаю, сколько прошло времени. Я перестал следить за днями. Было очень сложно следить за всем, когда твои мысли витают совершенно в другом месте. Мой разум бился в клетке тела, и раз за разом я старался расшевелить его, и вновь вернуть контроль. Со временем, мне это удалось, и постепенно, маленькими шажками ко мне вернулась полноценная чувствительность. Очень сложно смотреть на жизнь твоих близких, не понимая и не принимая эту реальность. Не знаю, каких усилий мне стоило не сойти с ума. День за днем я старался пробить тонкую оболочку разума и добраться до источника, вернуть себе хоть часть того, чем владел на Араоне. Но все было тщетно.

Самое печальное это наблюдать за слезами матери, когда она видела мою реакцию. Я ведь не воспринимал их как реальность, надеялся, что это бред моего подсознания. Постоянно отнекивался от них, занимался глупыми, по их мнению, вещами. Что есть реальность? Сейчас я был дома, среди родных и близких, но, черт побери, я не мог поверить, что Араон всего лишь бред моей комы.

Спустя пару месяцев битья головой о стену, мне удалось вернуть полный контроль над своим телом. Только вот оно знатно сбоило. Иногда, я подолгу замирал на одном месте, прекрасно осознавая, что не шевелюсь и смотрю в пустоту. Правда, я никак не мог прервать этот момент, пока, словно по щелчку, это не прекращалось. Еще бывали проблемы со зрением, словно кто-то несколько раз нажимал в моей голове F5, обновляя экран. Бывали моменты, когда я просыпался от того, что не дышу уже несколько минут, и, подрываясь, я долго не мог надышаться. Близкие пытались что-то сделать, достучаться до меня и как-то помочь. Были многочисленные приходы врачей, они строго настрого запретили покидать дом, а все непонятные симптомы скидывали на долгую кому. Говорили, что тело разучилось жить, и сейчас всего лишь восстанавливается, поэтому лучшим лекарством было время.

Сейчас, сидя на кресле, я наконец-то мог подумать о том, что со мной произошло. Верил ли я, что все произошедшее, всего лишь бред моего подсознания, которое томилось в пустоте комы? Я затрудняюсь ответить, но это точно было ярче и больше. Наверно, именно так некоторые писатели пишут свои книги, что-то им снится, что-то они додумывают в бредовых фантазиях, когда разум бьется в агонии пьяного бреда. Именно сейчас я задумался о мысли, что может и мне стоит написать эту историю? Я все еще жил ей, она до сих пор была ближе, чем эта жизнь. Жаль только, что я перестал видеть сны. Раньше, мне довольно часто снилось что-то особенное, мои фантазии и мысли принимали фигуры реальности во снах, сейчас же там была сплошная темнота. Я пытался читать, смотреть фильмы, играть, но это все тускнело, как только я вспоминал какой-либо момент из мира Араона. Порой, мне было до безумия страшно, когда я видел наполненные болью лица своих близких. Вдруг это и правда была кома, а сейчас я всего лишь пытаюсь вернуть себя? Раз за разом, я пытался быть нормальным, вернуть себе адекватность, но получилось, честно говоря, очень плохо. За все это время, я так и не смог снова научиться нормально ходить, и передвигался по дому с тростью. Постоянно от слабости по мне бегали мурашки, а рассеянное внимание стало моим постоянным спутником. Мои попытки чтения оккультных книг, заканчивались скандалами, когда кто-то вникал в то, чем я занимаюсь. Но я не мог по-другому. Что есть реальность?

Не знаю, в какой миг я решил играть нормального. Просто в один момент я сделал вид, что изменился, и все хорошо. Стал играть роль себя же, только вот мой разум погибал. Чтобы хоть как-то не думать об этом, я утонул в книгах и играх. Вникал в каждую строчку написанного, в каждую запятую квеста, старался найти то, что до меня не нашли прошлые читатели. В какой-то мере, меня можно было назвать одержимым. Но врачи запретили мне активные нагрузки, хоть я их и не слушал. Каждый мой день начинался с компьютера, заканчивался им же. Наушники, книга, и игра. Все это сплеталось в подобие реальности, и я надолго покидал мир, погружаясь в нереальность.