Вестник вскинул руки вверх, и в них мгновенно материализовалась сфера с красно-черными молниями. Я еще не успел осознать, как из сферы, в разные стороны ударила бледно красная волна, которая раскидала по сторонам всех нас. Эта волна напрочь игнорировала защитную магию, и в итоге мы разлетелись, словно воздушные шарики. Как только хаос соприкоснулась с моим телом, я почувствовал сотни электрических разрядов, что стали пронзать мои мышцы, практически полностью отключая их. Уже на автомате, я выпустил по направлению Вестника все свои свернутые плетения, в том числе и молот Херанука. Только в этот раз он полетел вперед, а не остался в моей руке. Следом я мгновенно покрыл свое тело чешуей, и тут же перестал чувствовать себя беспомощным манекеном. Я резко вбил руку в землю, тем самым прекращая свой неконтролируемый полет, и оставляя за собой длинную борозду. Мне удалось быстро встать на ноги, именно в тот момент, когда молот впечатался в защиту Вестника. Раздался громкий хлопок, а следом сильнейший взрыв, который разорвал защитную сферу твари. Рядом с Вестником тут же возник Азакар, его окружало бледное свечение, из-за которого, магия просто огибала орка, не в силах нанести вред. Следом, в небе появилась черная воронка, которая в одно мгновение ударила хоботом в Вестника, и принялась медленно раскручиваться, пропуская через себя тонну энергии. Мельком глянув по сторонам, я увидел, что Калила откинуло в груду обломков, Тисса так же лежала в стороне без сознания, а вот Кола я нигде не видел. Кариот тоже пропал, но затем, я увидел вокруг вестника очень плотное облако тьмы, внутри которого мерцали красно-золотые глаза вампира. Быстро оглядев поле боя, я нашел Лиранию, она была в сознании, но не имела возможности шевелиться, и только с толикой ужаса смотрела на бушующую магию.

Время замедлило свой бег, и я успел заметить, как весь воздух вокруг превращается в огонь. Это пламя не обжигало, оно наоборот закрывало в кокон всех членов отряда, создавая вокруг них непроницаемую защиту. Я бросил взгляд на Вестника, который так же был в огненной сфере, и пытался из нее вырваться. Магические башни исторгали из себя тонну маны огня, превращая воздух в пламя. Вестник на мгновение смог развеять огненную сферу, и выпустить во все стороны сотни молний хаоса, но практически сразу, на их пути вспыхивали огненные печати, что с трудом, но впитывали хаос. Крик боли резанул по моим нервам, и я мгновенно перевел взгляд на его источник. В Лиру ударило сразу несколько молний, и сфера огня, которая была вокруг нее, уже угасла, а багровые росчерки все еще летели к девушке. Черной вспышкой напротив нее появилась Илвен, и, вытянув руки вперед, создала щит из первозданной тьмы. Молнии даже не собирались угасать, они все сильней били со стороны Вестника, и с каждым мгновением разрушали тьму. Две девушки не могли сдвинуться с места, и я четко осознал, что еще немного, и хаос прорвет магию дроу. Решение было принято в одно мгновение, и я скольжением перемещаюсь на огромное расстояние, появляясь на месте Илвен, как раз в тот момент, как ее защита с хлопком рассыпается. Я успел прочувствовать ее мысли, и ощутить сначала страх и сожаление, а после, когда я оттолкнул ее, изумление и злость. Магия хаоса с шипением врезалась в мое тело, и сильнейшая боль пронзила тело. Я чувствую, как хаос проникает все глубже, разрушая мое тело, и деформируя источник. Чешуя не смогла полностью погасить всю мощь этой губительной силы. Ни защитная магия, ни злость, ни кровь дракона не помогают сопротивляться хаотической волне, что начинает разрушать мою суть. Я рухнул на колени, но смог выдержать весь заряд молний, и не допустить, чтобы он забрал жизни девушек. Уже на грани сознания, я успел увидеть еще одну вспышку магии, и непонятный силуэт, с огромным щитом и мечом. Кажется, на поле боя ворвался еще один аватар, и теперь у нас появился шанс. Теплая волна пламени попыталась вычистить из меня хаос, но у нее ничего не вышло, зато я заметил, как к Лирании вернулся контроль над телом. Рухнув на спину, я чувствовал лишь боль, и то, как хаос разрушает мое тело и разум. Сильнейшие вспышки боли заполнили мое сознание, и я прочувствовал, как начинает замирать моя душа. Ее словно паутиной оплетает багровая пелена, и с каждой секундой она сжимается сильней. Магия хаоса подчиняет мой разум, и пытается его разрушить. Голова кружится, и я уже не чувствую ног. Надо мной склонился Кол и пытается остановить кровь, что льется из множества ран, на моей груди, а я смотрю в такие красивые глаза Лирании, жизнь которой я спас.

«Лирания, красивое имя. Жаль, что у нас было так мало времени», — это была моя последняя мысль.

Потом пришла темнота.

Глава 37. Весь мир — игра?