К счастью, в этой части Эдема подобные тропические бури были редки. Интересно, как дельтанцы справлялись с ними до того, как я познакомил их с палатками? Скорее всего, просто прятались под шкурами. Я вспомнил бурю, в которую они попали, когда покинули старую деревню. Она была не такой сильной, как эта, но все равно заставила меня вспомнить о палатках.

Я обвел взглядом деревню, но никого не увидел, и неудивительно. Позади меня кто-то зашевелился.

– Может, закроешь уже вход? Холоду напустишь.

Заворчав, я отпустил край. Белинда очень любила тепло.

Я вернулся на свое место и лег, подложив руки под голову. Архимед уже проснулся и принялся крутить в руках кусок кремня – наконечник копья Фреда.

– У меня есть одна мысль насчет уроков по работе с кремнями. – Архимед бросил взгляд в мою сторону и взмахнул наконечником, словно волшебной палочкой. – Если это остановит нападения, то попробовать стоит.

– Конечно, Архимед. Я в любом случае тебя поддержу.

– Отлично. Сначала придется сделать где-то полдесятка наконечников и ножей. Надеюсь, буря скоро пройдет, ведь в палатке мне Белинда работать не разрешает.

– Мои кости говорят, что к полудню тучи рассеются. – Я весело изогнул уши, и Архимед повторил мой жест.

У меня уже сложилась репутация точного предсказателя; я утверждал, что перемены в погоде заставляют мои кости ныть. На самом деле я просто смотрел на планету с орбиты и анализировал метеосводки. Ну да, я жульничал. И что?

* * *

Буря стихла вскоре после полудня, и мы отправились в то место, где Архимед любил заниматься обработкой кремней. Меня поразило количество кусочков кремня, валяющихся на земле. Иногда они начинали раздражать кого-нибудь из дельтанцев, и тогда он отгребал их от себя; поэтому в нескольких шагах от нас образовалась высокая куча. Дети часто копались в ней, разыскивая кусочки, которые можно превратить в наконечники стрел. Архимед не возражал: товаров, которые он делал, более чем хватало на то, чтобы обеспечить его семью всем необходимым.

Когда Архимед сел, у него начался приступ кашля. Он все еще не восстановился после похищения. Я ждал, готовясь в случае чего принести ему воды.

За полдня Архимед сделал дюжину заготовок, а я тем временем сгонял на охоту и просмотрел информацию о действиях карлеонцев, которую прислали беспилотники. Ничего подозрительного я не обнаружил, и это вселило в меня надежду на то, что последняя стычка отбила у жителей Карлеона всякую охоту снова нападать на нас.

Я выдал Белинде местный эквивалент индюшки, получил в награду улыбку и вернулся к Архимеду.

– Через несколько дней я все это доделаю, – сказал он, пока я усаживался рядом с ним. – А затем придется думать о том, как предложить им эти штуки и остаться в живых.

– Чем быстрее, тем лучше, дружище. Я поговорю с Дональдом.

Архимед продолжил работу, а я продолжил греться на солнышке.

41. Воскрешение

Говард. Октябрь 2220 г. HIP 14101

Я уже в стопятисотый раз протянул руку, чтобы щелкнуть выключателем. И снова убрал ее. О господи, да что со мной такое? Теперь, после длившегося несколько месяцев судебного процесса, я наконец получил скан Бриджет. Матрица и корабль для нее у меня уже есть. Ее ВР готова, брандмауэр настроен, я создал ее учетные записи в БобНете…

Какого черта?

В отчаянии я отправил сообщение Биллу. Правильно ли я поступаю?

Ответ пришел почти мгновенно. О нет, черт побери.

Друзья, которые поддержат в трудную минуту – это главное. Усмехнувшись, я нажал на выключатель.

Бриджет появилась посреди моей ВР – двадцать восемь лет, густые рыжие волосы, ямочки на щеках, лабораторный халат. Именно такой я впервые увидел ее.

Раскрыв рот, я уставился на нее. Я ничего не мог с собой поделать – увиденное полностью, абсолютно парализовало меня.

Бриджет обернулась кругом, затем неуверенно улыбнулась мне.

– Говард?

Я бросился к ней и стиснул ее в объятиях. Она обняла меня, положила голову на мое плечо, после чего мы просто существовали – казалось, целую вечность.

Наконец Бриджет отступила и внимательно посмотрела на меня.

– Значит, я умерла?

– Исходная Бриджет умерла. А ты очень даже жива.

– Ладно, Говард, я не буду спорить с официальной версией. Я знаю, ты всегда нервничаешь, когда речь заходит о различиях.

– Бридж, важно создать свой образ, образ уникального человека. Ты не просто копия. Ты – это ты, и чем дальше, тем больше это будет проявляться.

Я взял ее за руку и подвел к дивану – копию того дивана, который стоял в ее квартире: я надеялся, что он вселит в нее уверенность. Она посмотрела на него и рассмеялась – она, несомненно, прекрасно понимала мои намерения.

– Теперь у нас несколько сотен Бобов. Каждый из нас отличается от других; одни – немного, другие – сильно. Нельзя сказать, что мы просто клоны Боба. А ты – не просто клон Бриджет.

Бриджет сжала губы и посмотрела мне в глаза.

– Ясно. Если верить тому, чему меня учили в католической школе, то Изначальная Бриджет сейчас либо в раю, либо в аду. Ты знаешь, что католическая церковь так и не смогла выстроить четкую позицию по отношению к репликантам?

Я усмехнулся.