Читаем Восемь мечей полностью

– Знаете, доктор, в то, что, как вы утверждаете, внешний вид Деппинга при свете всего одной свечи мог ввести Сторера в заблуждение, я, в общем-то, вполне готов поверить. Особенно учитывая его необычно яркую, просто кричащую одежду. Об этом весьма эффективном оптическом явлении мне уже не раз говорили. Но вот что мне крайне трудно представить, так это настолько достоверное изменение голоса, не говоря уж об американском акценте… Более того, как, например, вы можете объяснить тот факт, что, как раз во время прихода незнакомца, через переговорную трубу из кабинета дворецкому ответил голос… самого мистера Деппинга? Ведь его-то Сторер перепутать никак не мог!

Доктор Фелл довольно захихикал и стряхнул пепел из дымящейся трубки прямо себе на жилет.

– Нет, конечно же не мог, – с готовностью согласился он. – Если бы слышал его непосредственно, а не через переговорную трубу. – И, очевидно для большей выразительности, он ткнул рукой в сторону стены, на которой висела та самая переговорная труба. – Кстати, неужели вам до сих пор неизвестно, что самым мощным из всех заметно искажающих человеческие голоса средств связи является именно переговорная труба? Попробуйте сами, и вы тут же убедитесь, что ваш собственный голос звучит в ней так, словно говорит загробный призрак. Это вам даже не телефон, сэр… Давайте идите вниз, и мы все по очереди поговорим с вами. Готов поспорить, вы не узнаете даже собственного сына…

Кроме того, учтите: ведь призрак мистера Деппинга говорил с дворецким Сторером не напрямую, а только через эту самую переговорную трубу. После чего так называемый «визитер» поднялся по лестнице наверх, вошел в комнату, и дверь тут же закрылась. Затем, само собой разумеется, оттуда доносился уже голос настоящего Деппинга, поскольку нужда вводить в заблуждение нашего слишком наблюдательного дворецкого отпала как бы сама собой…

– Хорошо, хорошо, пусть будет по-вашему. Для начала давайте примем эту гипотезу, – чуть раздраженно пожав плечами, сказал явно недовольным тоном епископ. – Но только для начала… Поскольку ситуация, боюсь, пока никак не стала яснее. Ни с какой стороны. В частности, вы не можете нам сказать, для чего, например, Деппингу и этому мистеру или мисс Икс понадобилось устраивать весь этот безумный карнавал?

– А они, думаю, его и не устраивали.

Епископу Доновану хоть и с явным трудом, но все-таки удалось сохранить видимость внешнего спокойствия. Чуть помедлив, он даже медленно протянул:

– Великолепно, доктор, ничего не скажешь, просто великолепно. Я был полностью под впечатлением, что…

– Да, но я ведь, черт побери, не утверждал, что они не устраивали весь этот безумный карнавал для себя и между собой! – чуть ли не рявкнул в ответ доктор Фелл. – И постарайтесь, пожалуйста, не забыть, что пока мы имеем дело только, так сказать, с «переменой ролей». Сами же обстоятельства остаются точно такими же, как и раньше. Если мы будем исходить из того, что преступный сговор имел место только и исключительно между нашими двумя персонажами, то все время будем невольно сталкиваться с одними и теми же проблемами. Причем по большей части неразрешимыми. Ведь странное поведение того человека в кабинете совершенно ничего не меняет, будь там сам мистер Деппинг или кто-то вместо него – наш мистер или мисс Икс. Ну зачем, допустим, кому-либо из них могут понадобиться резиновые перчатки? На всякий случай? Если они оба с самого начала работают вместе и по четко разработанному плану… Далее: если Деппинг открыто впустил нашего Икса через переднюю, а не тайно, через балконную дверь, то почему бы этому Иксу не сделать то же самое с переодетым и тщательно загримированным Деппингом?… Успокойтесь, дорогой сэр, успокойтесь. Я знаю, совсем недавно вы сами отметили те же самые проблемы… Так что давайте-ка продолжим… ну, скажем, с ужина. Деппинг к нему не притронулся, а вот тот, другой, съел все, что хотел. Судя по всему, неторопливо, с удовольствием… Прислушиваясь к внутреннему голосу, с трудом продираясь, так сказать, через туманные дебри сознания. Отсюда, джентльмены, следует, возможно, несколько циничный, но, тем не менее, вполне естественный вопрос: почему наш мистер Деппинг, настоящий, как вы сами утверждаете, гурман, даже не прикоснулся к своему великолепному ужину?

– Может, просто не хотел еще есть? – чуть подумав, неуверенно предположил Морли Стэндиш.