Помедлив, Иван Сергеевич продиктовал Павлову нужные сведения. Артем тут же перезвонил врачу, но Осипов не ответил. Павлов взглянул в окно и увидел, что начинало смеркаться. Но ехать нужно было прямо сейчас.

Тогда, в своем кабинете, Осипов выглядел не просто взволнованным. Он был напуган до ужаса, и Павлов это отчетливо помнил. Если адвокат потеряет этого свидетеля, то единственная ниточка, связывающая его с Володей, может порваться.

Он уже хотел собираться, как зазвонил его телефон. Артем набрал воздуха в грудь. На дисплее отобразился номер Осипова!..

– Борис Георгиевич?

– Кто это? Алло? Это вы мне звонили?

Голос врача был хриплым и неразборчивым, из чего Артем сделал вывод, что Осипов пьян.

– Это Павлов, адвокат. Да, я хотел с вами поговорить. Я приезжал к вам в больницу, помните?

– А-а… Павлов, ты не звони и не ищи меня больше. Дошло?

– Что-то случилось, Борис Георгиевич? – осторожно поинтересовался Артем, которому показалось, что хирург находится на грани истерики.

– Потому что весь мир сошел с ума, – с трудом ворочая языком, пробормотал Осипов. – Меня в нем больше не будет.

– Постойте… – начал адвокат, но врач всхлипнул и оборвал разговор.

Павлов лихорадочно соображал. Вызвать «Скорую»? На каком основании? Сказать, врач напился и решил покончить жизнь самоубийством? Или позвонить в полицию?

После секундного размышления адвокат отмел оба варианта. Он решил ехать к Осипову.

Выбора нет

Джеймс поправил подушку и со скучающим видом уставился в телевизор. Он отчаянно хотел домой, хотя и осознавал, что в его положении надо радоваться даже тому, что остался жив. Прибудь тогда медицинский реанимобиль на пару минут позже, и священник читал бы молитвы над бренным телом Джеймса Оутиса.

Он хотел домой не только потому, что соскучился по уюту и Глорис. Джеймс жаждал заняться своей работой, приносящей ему неплохую прибыль. Сейчас, лежа здесь, в пропахшей лекарствами палате госпиталя, пусть самого лучшего в Калифорнии, он понимал, что именно в этот момент какая-либо конкурирующая компания может отжимать у него лучшие сегменты рынка недвижимости. Чтобы справиться с этим, требуется его личное присутствие.

Нет, Джеймс Оутис не собирался сдаваться. Его предки приехали в Америку сотни лет назад. Они осваивали Дикий Запад, сражались с индейцами, без отдыха работали на золотых приисках. Он унаследовал их бурный нрав и кровь завоевателей. Джеймс не отступит просто так.

А еще он буквально изнывал по коле. Рассудком он прекрасно осознавал весь вред, который нанес его организму известный шипучий напиток, но все естество Джеймса буквально молило о банке ледяной колы. В такие минуты Глорис ему всегда говорила, что он стал похож на наркомана, но Джеймс лишь беспечно махал рукой.

Он усмехнулся, вспомнив, как однажды одна стодвадцатикилограммовая тетка из Огайо подала в суд иск о взыскании с компании «Кока-Кола» трех миллионов долларов. Она, видите ли, располнела за годы потребления популярного напитка, выпивая по три литра ежедневно, ко всему прочему заработала язву желудка.

Но ни Глорис, ни любимой работы, ни колы ему не видать, если он не приложит все силы, чтобы решить самую главную свою проблему, возвышающуюся над ним словно пирамида Хеопса.

Сердце!.. Небольшой мешочек, гоняющий кровь по телу, обеспечивающий тем самым его жизнь. Маленький живой моторчик, от которого зависит буквально все. Сейчас именно этот орган у Джеймса был в довольно плачевном состоянии.

Врачи в один голос настаивали на пересадке сердца, но он боялся даже думать об этом. Ему казалось невероятным, что можно просто вынуть этот пульсирующий мешочек с трубочками из одного человека и впихнуть его в грудную клетку другому. Так работники автосервиса меняют деталь в износившемся двигателе.

Джеймс взглянул на часы и включил ноутбук, удобно примостившийся у него в коленях. Скоро на связь должен выйти Кларк, и они обсудят сложившуюся ситуацию. Он возлагал большие надежды на этого умного и предприимчивого британца, которого ему как-то порекомендовал один приятель из Аризоны.

Ноутбук загрузился, и на экране тут же замелькало окошечко, свидетельствующее о том, что ему пришло сообщение.

«Я на связи», – написал Кларк.

Джеймс включил скайп и тут же увидел знакомое лицо, слегка вытянутое, с глубокими залысинами и какими-то тяжелыми, но проницательными глазами. Американец поймал себя на мысли о том, что смотреть в них ему не очень хотелось. Мистеру Оутису казалось, что Кларк знает о нем буквально все, даже о тех вещах, которыми он под дулом револьвера не стал бы делиться с Глорис, прожившей с ним бок о бок тридцать четыре года.

– Приветствую, мистер Кларк

– Рад вас видеть, мистер Оутис.

Джеймс почему-то подумал, что Кларку совершенно без разницы, кому говорить эти дежурные фразы, и что никакой радости от общения с ним он не испытывает.

– Как вы себя чувствуете?

– Не очень, – признался Джеймс. – Я говорил вам о своей проблеме.

Кларк едва повел головой и заявил:

– Мне все известно. Вам нужен донор.

– И как можно скорее! – подчеркнул Джеймс.