Мэтра Аркиса печалило скорое будущее, ожидающее мир, он уже чувствовал беду, которая подкрадывалась к жителям этих просторов. Страшная весть ещё не достигла стен горного монастыря, но мэтр уже знал, что она в пути. И он готовился сделать хоть что-то, чтобы спасти империю и… самого себя. Но прежде нужно подтверждение. Когда догорит закат, в ночной мгле, в нижние ворота Тайного города вбежит гонец. Его донесение передадут совету, а потом лучшие жрецы в главном храме Семи Богов поднимут завесу будущего и покажется то, что Аркис уже знает. Мэтр глянул последний раз на угасающее солнце и пошёл в свои покои. Там его уже ждал тот, кто сможет помочь…

Глава первая

Осень позолотила листву, наполнила воздух ароматами урожая. В покое её бесконечно синего неба висело ощущение изобилия. Казалось, в эту пору Боги осыпали людей своею милостью, и Солнце, радостнее, чем обычно, улыбалось детям Земли.

Но это была лишь иллюзия. Осень породила не только плоды и зерно, она дала созреть распрям империи. В большом государстве всегда мало покоя, но войны всё же не часты. В тот год период между Маббоном и Самайном смело можно было назвать временем зарождения бури. Порядок ушёл с земель империи. Что-то нарастало, ползло, наваливалось на подлунное королевство. Леса и веси заполнила нечисть. И Магический совет императора ничего не мог с этим поделать. Тьма вышла из-под контроля. После наступления сумерек земля королевства уже не принадлежала людям. Недовольство магическим советом и отчаяние, рожденное в крови невинных жертв Тьмы, вылилось в бунты. Испуганные жрецы лишь ещё больше усугубляли ситуацию. Паника превращала каждый их верный шаг в ошибку.

В народе росла вера в ведаров. «Люди с одним даром», близкие к природе и её извечной мудрости, хоть как-то сдерживали Тьму. Но страх уже изменил души людей.

Смерть порождает смерть, насилие влечет за собой ещё большее насилие. К началу октября по дорогам империи уже нельзя было ходить невооруженными. Толпы разбойников, обезумевшие насильники, простые крестьяне, заболевшие чумой бунта, – все они наполняли леса, все они жаждали наживы и чужой крови. Мелкопоместные князьки, почуяв, что власть императора перестала быть абсолютной, самоуправствовали и тиранили местное население.

Буря шла на империю. И канун Самайна она разразилась. Огромная армия кочевников с юга напала на границы королевства. Время Мёртвых стало временем войны. 3987 год эры Новых Богов не упоминался в пророчествах, молчали о нём предсказания. Чёрный год заката империи оказался не узнанным…

День был холодным, но ясным. Солнце белесым пятном висело в небе. Оно уже не давало тепла, лишь свет. Могучие кедры слегка трещали ветвями, будто жаловались на мороз. Прозрачный воздух тихо звенел. И множество звуков вливалось в его музыку. Крики птиц, шорохи обитателей леса, тот же хруст веток – всё это звучало громче, звонче, отчетливей.

Выложенная булыжником дорога бежала вниз. Похожая на серебристую ленту, она красиво изгибалась, вилась к подножию гор, к людям, живущим на просторах империи. И Витт шёл по этой дороге. Путь его был похож на пробуждение от странного снежного сна, в котором он прожил последние пять с половиной лет.

Он шёл ровным быстрым шагом, чётко соразмеряя дыхание с лёгким стуком, который рождался от соприкосновения сапог с камнем. Он шёл и думал. У каждого человека есть своя судьба, своё предназначение. Каждый являлся на свет, чтобы принести свою каплю в море истории. Одни пришли в этот мир, чтобы строить, творить прекрасное или просто выращивать плоды земные. Другие родились, чтобы разрушать, убивать, приносить в мир хаос и горе. Кому-то суждено властвовать, кому-то – подчиняться. Одним Судьба-Хозяйка указала светлый путь, другим – тьму. Маги, властители, тираны, поэты, разбойники, землепашцы и воры… Разнообразие в равновесии – таков закон миров и предназначений.

Витт родился воином. В битвах был смысл его жизни. Время смут стало его временем. Он не нуждался в славе героя, не искал поживы. Ему не приносила радости чужая смерть. В битве не испытывал он опьяняющего ликования, злости и одержимости берсерка. Разум его всегда оставался холодным. Он знал, что его дело лишь восстанавливать мир, возвращать положенный порядок вещей, не более. А когда всё возвращалось на круги своя, он отправлялся дальше, туда, где было нужно его ремесло. Судьба поручила ему стеречь равновесие, восстанавливать его рамки с помощью оружия и боевой магии. Он должен был наравне с немногими другими идти по пути воина истины. Вечный наёмник, воюющий скиталец…

Этот морозный день, этот кажущийся бесконечным спуск походил на погружение в глубины моря. С каждым шагом, с каждым глотком воздуха Витт впитывал атмосферу того мира, к которому приближался.