Читаем Властелины моря полностью

Будучи в тот год архонтом, то есть высшим должностным лицом города, Фемистокл убедил собрание выделить средства на укрепление пирейского мыса, окруженного тремя естественными гаванями. Обнесенный стеной порт станет надежным убежищем для афинских семей, пока граждане, сделавшись моряками, будут отражать атаки персидского флота. Доверившись его интуиции, афиняне потратили много денег и энергии на возведение мощной стены из каменных блоков, спаянных друг с другом свинцом и железом; стена получалась такой могучей, что сверху по ней могли проехать две запряженные быками повозки. Но прошло несколько лет, угроза со стороны персов вроде как испарилась, и дорогостоящее строительство осталось незавершенным. Теперь вот стена и обрубки башен в Пирее поднимаются только на половину высоты, задуманной Фемистоклом, представляя собой неизбывное напоминание о том, что пророк из него не вышел.

Афины навлекли на себя гнев персов, еще когда Фемистокл находился в романтическом возрасте юноши, едва перевалившего за двадцать. На одном из наиболее памятных собраний, когда-либо проходивших на Пниксе, Аристагор из Милета призвал афинян поддержать восстание ионийских греков против их сюзерена, персидского царя Дария. В этом случае бунт, направленный на освобождение одного народа, может превратиться в широкомасштабную войну, которая перекинется в столицу персов Сузы, по ту сторону Тигра. Афиняне проголосовали за то, чтобы выступить на стороне своих собратьев из Малой Азии, и послали в Эгейское море двадцать судов с экипажами на борту. Объединившись с ионийцами, она атаковали главный город персов в Малой Азии Сарды. При разграблении города возник пожар, в котором сгорело большинство домов, в том числе храм богини Кибелы.

Возмездие не замедлило. При возвращении афинян на побережье персидская армия перехватила тех и нанесла им жестокое поражение. Когда потрепанные суда добрались до дома и оставшиеся в живых поведали согражданам о случившемся, народное собрание проголосовало за отстранение в дальнейшем от всякого участия в восстании ионийцев, продолжалось оно шесть лет. Незадолго до избрания Фемистокла архонтом персидский флот разбил эскадру ионийских повстанцев невдалеке от острова Лада. Фемистокл был убежден: теперь на очереди Афины, значит – надо укреплять Пирей.

И действительно, как он и предупреждал, Дарий направил армию и флот на завоевание Афин. Первое наступление персов закончилось, так, по существу, и не начавшись: сильнейший северный ветер погнал царские триеры к скалистому берегу у подножия горы Афон в северной части Эгейского моря, где персы потеряли сотни судов и тысячи воинов. Второе наступление было остановлено у Марафона, в северо-восточном углу Аттики. Возглавляемая харизматичным полководцем Мильтиадом афинская фаланга тяжеловооруженных воинов, называемых гоплитами, разбила прибывший морем персидский десант на равнине, расстилающейся всего в двадцати шести милях от Афин. Во время подготовки к третьему походу царь Дарий умер. Это случилось через три года после Марафонского сражения, а далее различные бунты внутри империи не позволяли персам отвлекаться ни на что другое. Таким образом, Фемистокл стал походить на мальчика из басни Эзопа. «Волк! Волк!» – кричит он, а никакого волка нет. Город пребывал в довольстве и покое. После многочисленных ложных тревог афиняне посчитали то ли надуманным, то ли сомнительным существование персидской угрозы и заодно уж бросили заниматься глупостями в Пирее.

Но сам Фемистокл не разуверился в своей правоте. И на сегодняшнем собрании он собирался убедить сограждан в необходимости укрепления военной силы Афин на случай нападения персов. Только сделает он это обходным путем. Вновь заговорить о возможности персидского вторжения – значит только разозлить собрание. Нет, Персия вообще не будет упоминаться. И вообще идти поперек общественного мнения Фемистокл не собирается, лучше он прибегнет к помощи меты .

Это типично греческое понятие трудно передать средствами какого-либо иного языка. В общем, под ним подразумевается нечто явно противоположное ценностям иных народов, прежде всего персов. Мета объемлет такие свойства, как ловкость, живость ума, мастерство, умение, быстрота реакции, наконец, творческий подход. Эти качества и способности служат оружием людям, оставшимся в меньшинстве. Афиняне знали, что нет в мире силы, превышающей силу ума. В мифологии у античной богини Метис (Метиды) Афина и почерпнула именно свою силу и мудрость [3] . Не мускульную силу, но мету ценила Афина в своем любимом герое Одиссее, придумавшем уловку с троянским конем, которая успешно сработала после того, как на протяжении десяти лет одна за другой проваливались попытки прямого действия. Любой образованный грек знает строки из «Илиады»: