Читаем Владыка полностью

— Это получается, что у итальянцев будет всего больше, чем у нас: в полтора раза воинов, в шесть раз пулемётов, в десять раз пушек, в сто раз танков, в сорок раз самолётов и в пятьдесят раз автомобилей. И добрать техники нам негде. Руководствуясь решением Лиги Наций, все нейтральные страны отказали Абиссинии в поставке оружия. Хорошо ещё, что мы успели получить старое стрелковое оружие от Японии и чуток современного из Германии. С учётом ещё и помощи из Парагвая, я кое–как сумею вооружить винтовками лишь пятьсот тысяч воинов.

— Вы недооцениваете военную помощь Парагвая, — с усмешкой на губах, укорил горемыку–императора казачий атаман.

— Тысячу гражданских электромобилей и сотню безоружных воздушных стрекоз, — с нескрываемым пренебрежением вспомнил о парагвайской технике император.

— Парагвайские грузовички очень скоростные и неприхотливы к топливу, — указал на сильные стороны электромобилей с пароэлектрогенераторными прицепами Алексей. — Полсотни машин можно забронировать железными листами, превратив в броневики. Броневые листы и станковые пулемёты мы привезли из Парагвая. А ещё скоро доставим из порта Джибути сотню спаренных пулемётов для установки на автожиры и партию новейших зенитных орудий калибра восемьдесят пять миллиметров. Снарядов к зениткам и пороховых ракет к автожирам тоже в достатке. И главное — после годичного курса обучения в военном училище Парагвая, в Абиссинию прибудет тысяча подготовленных к современной войне офицеров. Для усиления, к каждому из абиссинских командиров батальонов придан начальник штаба, в чине майора, и офицер по боевой подготовке, в чине лейтенанта. Ещё я привёз из Парагвая полтысячи командиров разведвзводов и сапёрных групп, специалисты прибудут со служебными собаками. Из Южного Конго переброшено полтысячи опытных снайперов, а из Парагвая доставлена тысяча винтовок с оптическим прицелом для метких охотников Абиссинии, которых отобрали наши индейцы, кстати, тоже ещё тысяча снайперов. И не надо забывать о десяти тысячах офицеров и военных специалистов, уже ранее переброшенных в страну.

— Снайперов и офицеров в достатке, — тяжело вздохнув, отмахнулся император, — а вот обученных солдат не больше двухсот тысяч наберётся.

— У нас есть полгода, чтобы подготовить ещё триста тысяч солдат, — обнадёжил атаман. — Пусть императорская гвардия и войска феодальных правителей составят второй эшелон обороны, а первый сформируем из новобранцев.

— Потому что не жалко пустить на убой? — усмехнулся император.

— Нет, потому что это будут лучше подготовленные части, — удивил парагвайский владыка. — За полгода наши офицеры сделают из новобранцев элитные войска.

— Разве такое возможно? — поднялись брови у императора. — Да и как людей на полгода отвлекать от повседневных работ?

— Теперь их работа — война, — указал Алексей. — И подчиняться они будут не племенным вождям и феодалам, а командирам новой гвардии — паладинам Абиссинии. Все молодые офицеры происходят из знатных родов, поэтому конфликтов с местными правителями не возникнет. Тысячу батальонов возглавят абиссинские лейтенанты, выпускники парагвайского военного училища. Командирами рот и взводов станут казаки. Ну и, конечно, всё высшее командование возьмут на себя опытные парагвайские офицеры. Все парагвайские офицеры уже в достаточной мере знают амхарский язык, чтобы отдавать команды солдатам и обучать их военному делу, а уж боевого опыта у них за плечами: не менее двадцати лет у русских казаков и десяти лет у индейцев.

— Думаю, правители и вожди согласятся отдать непрофессиональных воинов под руку молодых наследников знатных родов, — кивнул император. — Однако кто же станет кормить семьи новых воинов?

— А вот тут, уважаемый Хайле Селассие, мы подошли к принципиальному вопросу, — пристально посмотрел в глаза императора Алексей. — Чем вы готовы заплатить за помощь Парагвая?

— Я понимаю, что золота в императорской казне недостаточно, чтобы расплатиться с казаками, но больше мне нечего предложить, — понурив голову, развёл руками бедный африканский правитель.

— Император, отдай мне то, что расположено в Абиссинии, но воспользоваться чем ты в ближайшие десятилетия не сможешь, — хитро улыбаясь, задал загадку мудрый джин из Парагвая и, сжалившись, чуть смягчил условия: — Отдай на десять лет, и только ту часть, которую я сам смогу использовать.

— Что же у меня есть такого, чем я не могу пользоваться? — поглаживая бороду, призадумался император.

— А чтобы ты был сговорчивей, я чуть нагоню жути, — согнав улыбку с губ, посуровел владыка Парагвая. — Я не всё ещё поведал о нашем противнике. Итальянцы перебрасывают в Африку пятьсот тон иприта, закаченного в бомбы и снаряды, а также тысячи тон фосгена в бочках, которым собираются с самолётов заливать земли Абиссинии, уничтожая посёлки, отравляя озёра и пастбища. И те сто тысяч старых противогазов, что привезли казаки для воинов Абиссинии, не смогут спасти сотни тысяч мирных жителей, обречённых фашистами на мучительную смерть от боевых отравляющих веществ.