Читаем Вкус победы полностью

Оглядевшись, Эллин заметила, что Джошуа упаковывал в коробку вещи Берта. Коробка была небольшой упаковочной клетью и явно напоминала гроб. Эллин сглотнула пересохший ком в горле. Это единственный гроб, который будет у Берта.

– О чем ты думаешь, Эллин? – тихий баритон Мэннерса звучал с уважением, как будто человек, произнесший их, не хотел тревожить ее мысли.

– О Берте, – вяло ответила Эллин, дотронувшись до серебряной фляжки, которую она так часто видела приложенной к губам англичанина. Она повернулась к Джошуа, но не встретилась с ним взглядом и не подошла.

– Я хотела поблагодарить вас за все, что вы сделали, – начала Эллин как заученное стихотворение, сжимая и разжимая кулаки. – И спросить вас, могу ли я положиться на ваше… на вашу добрую волю?

Джошуа стоял, положив ухоженные руки на пояс.

– Вы используете любопытные словосочетания, если принимать во внимание ваше мнение обо мне, – слова были суровыми. Голос – нет.

Эллин вздрогнула.

– Я поняла, что была не совсем справедлива с вами. Я ужасно вела себя в поезде и надеюсь, что вы… не будете использовать это против меня.

– Вы знаете, я этого так и не понял, – удивленным голосом заметил Мэннерс. – Вы говорили что-то в тот вечер о розах и записке.

Эллин почувствовала, как кровь отхлынула у нее от лица. Он понятия не имел, о чем она говорила! «Морган Меллетт, – вспомнила Эллин его слова, – злобная и порочная женщина… Не могла ли она разработать это происшествие?»

– Я… – Эллин сглотнула неожиданно застрявший у нее в горле комок и продолжала: – Меня ввели в заблуждение, и я должна была поверить, что… что вы виноваты в…

Эллин не могла продолжать. Как она могла допустить, что ее ввели в заблуждение хитрые планы этой женщины? Ее щеки загорелись, и она тупо уставилась на его цепочку для часов. Надо постараться убрать этот извиняющийся тон из своего голоса.

– Я знаю теперь, что у меня сложилось о вас неверное представление, и раскаиваюсь, – наконец Эллин встретилась с ним взглядом, и ее расстроил какой-то неприятный блеск в его глазах.

– Вы выбрали удобный момент, чтобы изменить свое отношение, мисс Кэмерон. Вы знаете, я считаю, что все то, о чем вы можете меня попросить, предстает в дурном свете?

Его широкая грудь, облаченная в белую сорочку, часто вздымалась. Если бы он не стоял между ней и дверью, то Эллин могла бы воспользоваться моментом к отступлению. Она затаила дыхание и сглотнула, вновь собираясь с силами, чтобы отпарировать удар.

– Так или иначе, теперь этому не поможешь, мистер Мэннерс. Я только могу попросить вас. А вам решать, что делать, – она не стала извиняться. Свирепый взгляд смягчился.

– Очень правдиво, – сделал вывод Мэннерс, отступая в удобную позицию. Он положил руки за голову, откинувшись на взбитые подушки и исследуя ее внимательным проницательным взглядом. – Пожалуйста, продолжайте.

Лучше бы он не садился. Теперь Эллин была вынуждена смотреть ему в лицо. Чтобы избежать этого, что было легко сделать, когда он стоял перед ней и ее взгляд упирался ему в грудь, ей придется повесить голову и смотреть на коврик или же рассматривать люстру.

Но так как Эллин собиралась обратиться к нему со всей серьезностью, то ни одна из этих поз не устраивала ее.

– Шейк должен бежать Прикнесс в субботу, – начала она, испуганная его холодным взглядом, – и на приз Белмонта через две недели в Нью-Йорке. Так как я… теперь одна, мне нужно сопровождающее лицо.

– Зачем? – вызывающе и насмешливо спросил Джошуа. Выражение его лица не изменилось. Эллин подумала, что он решительно настроен не помогать ей.

– Конечно, чтобы защитить мою репутацию, – сдавленным шепотом произнесла она, чувствуя, что краснеет.

– Как может пригодиться репутация? – фальшивым голосом удивился Мэннерс. – Вы так мало о ней думали, когда бросили меня за обедом на прошлой неделе.

– Я знала, что вы мне выскажете это! – ей захотелось его ударить. – Как вы можете, после того, что вы… – она остановилась, чтобы окончательно не испортить дело. Нелегко было проглотить свою гордость вместе с комом, застрявшим в горле. Ее следующие слова были более мягкими. – Извините, – выдавила Эллин, не в силах встретиться с его проницательным хищническим взглядом. – Это было нехорошо с моей стороны.

– И недостойно леди, – поучительно добавил он.

– И недостойно леди, – это повторила она, полностью подчиняясь.

Мэннерс улыбнулся, и ей захотелось стереть это выражение с его лица, швырнув в него что-нибудь.

– Вы восхитительны, мисс Кэмерон, – он ухмыльнулся. – Что вас могло так напугать, что вы пришли ко мне за помощью?

Эллин тяжело вздохнула. Он был опасно близок к тому, чтобы выжать из нее правду, и она попыталась уклониться от ответа.

– Мистер Мэннерс, вы, конечно, понимаете, что мне нужен надежный сопровождающий здесь и в Нью-Йорке. Вместе с тем, что я думаю о своей жизни и о жизни Шейка, я думаю еще и о своей репутации, – эти слова она произнесла почти шепотом. – О том немногом, что останется после откровенного разговора с вами в этой комнате.